Гадал, представлял, как это будет, как она отреагирует на меня — ведь многое я ещё не помнил. Наши отношения казались мне хрупкими и почти невозможными.
Для встречи с Алёной я заказал роскошный букет и кучу гелиевых шаров. Но едва мою коляску выгрузили из автомобиля, я понял, что всё-таки опоздал. Не я встречал её у выхода из больницы, но она уже спешила мне навстречу.
— Алёна, осторожнее! — предупредил Богданов, держащийся поодаль. Он принял на себя роль названного отца Алёны.
Кажется, она не слышала его.
Её светлые глаза были устремлены только на моё лицо. Для меня в этот момент весь мир перестал существовать. Растворился, словно его никогда и не было. Горло перехватило спазмом.
— Арс!
Алёна обняла меня за шею, мазнув быстрым поцелуем по губам и разревелась, как девчонка.
— Всё хорошо, Алён…
— Больше никогда так не делай! — умоляюще посмотрела на меня. — Не оставляй меня. И не забывай. Прошу…
— Не буду, — севшим голосом ответил я.
Лицо Алёны странно дрожало и расплывалось.
Она обхватила ладонями мои скулы, произнесла, глядя мне в глаза:
— Я тебя люблю. Хочу быть с тобой!
— Колючка моя! Я тебя тоже люблю. Всегда буду любить. Веришь?
Я прижал её к себе. Отёр слёзы, Алёна снова расплакалась, но всё-таки шепнула мне в ответ:
— Верю.
Я нашёл её губы своими. Горячо и солёно от наших слёз. Но так желанно и жизненно необходимо...
* * *Ивана и Ветлицкого задержали. За долгое время Ветлицкий перешёл дорогу многим влиятельным людям. Меня заверили, что он не отвертится и будет осуждён, как и мой брат.
Какая-то часть меня хотела верить в то, что у Ивана просто не было выбора. Но выбор есть всегда. Просто он не всегда устраивает того, кто стоит на стоит на распутье.
Я смог поговорить с братом только после того, как врачи разрешили мне передвигаться. Снова на коляске — и пока только на коляске, категорически запретив вставать. Прыти у меня было не занимать, но иногда лучше притормозить и дождаться удачного момента."
"Иван не хотел меня видеть.
Но я настоял на встрече. Брат сидел, ссутулившись, и прожигал взглядом стол.
— Зачем ты это сделал?
— Что именно? — усмехнулся Ваня. — Было сделано много чего.
— Всё. Начиная с момента, когда украли Алёну.
— Нет, — покачал головой брат. — Всё началось раньше. Тебе же показывали протокол допроса?
— Показывали. Но я хочу услышать это от тебя! — с нажимом произнёс я.
— Перечитай. Там всё написано, — отозвался Ваня и крикнул в сторону.
