– Сделаешь ещё хоть шаг, и клянусь тебе – я зарежу тебя к чёртовой матери. Не сомневайся! Знал бы ты, как давно я мечтаю об этом. – Я несколько раз полоснула ножом, разрезая тесное пространство между нами, тем самым заставив Филиппа отпрыгнуть назад и стереть с его лица тошнотворную улыбку.
– Осторожнее, детка, ты так можешь пораниться.
– Я тебе не детка, гниль ты паршивая!!! – с прохладного шёпота мой голос срывается на леденящий крик.
– Тихо… Хорошо, хорошо. – Он поднимает руки, словно сдаваясь, а в глазах зарождаются первые искорки страха.
– Ты лучше нож убери.
И не подумаю!
– Только попробуй ещё хоть раз прикоснуться ко мне или даже приблизиться, я клянусь жизнью матери – моя рука не дрогнет! Убью тебя на хрен! – Я даже не замечаю, как из защиты перехожу в нападение – сама сокращаю расстояние до отчима и провожу остриём ножа возле его лица, заставляя вновь отступить назад.
– Николь… успокойся… – Но я пропускаю мимо ушей его слова, сказанные уже ощутимо напуганным голосом. Он сделал всё, чтобы довести меня до невменяемого состояния, а теперь просит спокойствия?
– А может, мне не ждать и избавиться от тебя уже сейчас? – продолжаю вилять кончиком холодного оружия возле его побелевшего лица, получая неизгладимое удовольствие от всех оттенков ужаса, что мелькают в его мутных глазах.
– Николь… Что ты делаешь? Николь! – Вижу прямо перед собой гадкую рожу Филиппа, но голос его звучит где-то далеко, точно за толстым слоем стекла. Приглушённо. Невнятно. Расплывчато.
– Всего одно движение, и у меня не будет больше проблем.
– Мои губы движутся, но говорю словно не я.
– Николь, мне больно. Остановись! Что с тобой?
Всего одна капля крови, торопливо стекающая по шее Филиппа, и я будто пробуждаюсь.
Боже, что со мной? Что я делаю?
Как лезвие оказалось прижатым к его горлу? Неужели я в самом деле собиралась это сделать? Собиралась его… убить…
Я делаю поспешный шаг назад, но даже несмотря на то, что Филипп застывает в неподдельном изумлении, не опускаю руку с ножом вниз.
– Ты ненормальная, – хрипло стонет он, дотрагиваясь до продолговатой царапины на шее.
Он прав. Я не в своём уме. Вновь потеряла контроль над собой. Над злостью и гневом. Но это он виноват. Только он! Этот гад собирался меня изнасиловать.
Боже! Он довёл меня. Я сорвалась! Только не опять!
Дыши, Николь, дыши! Прошу! Просто дыши! Ты же знаешь, как с этим справиться. Ты же можешь.
Глубокий вдох и выдох, вдох и выдох.
Но это не помогает! Я слишком заведена, чтобы так просто успокоиться.
