– Я говорила тебе это уже неоднократно и скажу ещё раз: я не хочу тебя, Адам! И не отдамся тебе, что бы моё тело ни требовало! – уверено произносит она, с вызовом глядя на меня.
Чёрт побери, а эта дура в самом деле не планирует сдаваться. Её зрачки, что постепенно заполняют потемневшую синюю радужку, переполнены страстью, вожделением, праведной злостью, но нет в них и намёка на повиновение и добровольное прекращение борьбы.
Хотя, честно признаюсь, после вчерашней встречи, когда я оставил её одну захлёбываться в трясине своей похоти, я ожидал увидеть её физически ослабленной и всё так же жаждущей получить меня.
Но я этого не вижу.
Она стоит передо мной воинственная, гордая, злая, как дьяволица, и до умопомрачения красивая. И знаете… лично меня это поистине поражает и в некотором смысле даже восхищает, но голодного зверя, который не прекращает попыток выбраться наружу, распаляет до такой степени, что он призывает меня сейчас же приковать её цепями, засунуть в рот кляп и грубо взять силой, чтобы раз и навсегда отбить у вздорной сучки всякое желание сопротивляться.
"
"– Не отдашься мне? – я прыщу издевательским смехом, скрывая под ним те нечеловеческие усилия, что мне приходится прикладывать, чтобы не набросится на неё уже сейчас. – Умерь свой пыл, детка, разве я требую от тебя отдаваться мне? В нашей программе на сегодня всего лишь приятное времяпрепровождение на торжественном приёме, за которое ты ещё и заработаешь денег, но хочу отметить, что для той, кто не хочет меня, ты как-то чересчур часто заводишь разговор о сексе со мной.
Сделай исключение и ответь мне сейчас честно, – я цепляю пальцем её подбородок, приподнимаю его, заставляя посмотреть мне в глаза. – Поделись, как именно я доставлял тебе наслаждение в эротических фантазиях, в которые ты погружалась всю эту ночь, пока удовлетворяла себя своими проворными пальчиками? – закусывая губу, с удовольствием замечаю, как Николина густо краснеет, выдавая себя с головой.
– Единственное, что я представляла в своих фантазиях, – это то, как будет прекрасна моя жизнь, когда ты из неё исчезнешь, – но она упрямо продолжает гнуть свою лживую линию, резким движением отрывая мою руку со своего лица.
– Да что ты говоришь? А вчера мне показалось, что я и есть вся твоя жизнь. Если бы не моё благоразумное отступление, ты точно накинулась бы на меня прямо на улице, наплевав на дождь, людей и вообще весь окружающий мир.
