– Решила посмеяться надо мной?
– Почему сразу посмеяться? Мне просто любопытно. Отвлеки меня от ненужных мыслей.
– Да я даже никогда не трогала платье за столь баснословные деньги, куда уж надеть на себя? – отнекиваюсь я, боясь даже взглянуть на цены этого магазина.
– Вот сейчас и потрогаешь, и наденешь. За простую примерку деньги всё равно никто не берёт. Или ты хочешь вновь тупо сидеть и изнывать от скуки, пока я переодеваюсь? – подначивает Эми, прямо-таки отрывая меня от дивана.
– Ладно-ладно! Для поднятия твоего настроения я примерю, но и ты давай шевелись.
Я хочу ещё успеть прогуляться, пока солнце опять не скрылось за тучами. – Сдаваясь, захожу в просторную светлую кабинку и неохотно переодеваюсь, тихо бурча под нос своё мнение об этой бессмысленной и весьма нелепой примерке.
Но стоит только надеть платье и взглянуть в своё отражение, как я замираю вслед за своим дыханием.
Приталенное, струящееся, из кружева и фатина платье каким-то образом в одно мгновение превращает меня из неотёсанной пацанки в само изящество и утончённость.
Лиф со спущенными прозрачными бретелями прикрывает мою спину и декольте ажурными узорами, соблазнительно выделяя линию плеч. Нежно-небесная ткань плотно облегает изгибы талии и подчёркивает округлости бёдер, а затем лёгкой, воздушной юбкой падает прямо до пола, где голубой цвет переходит в практически белый, напоминая пену морских волн. Несмотря на длину платья, мои ноги остаются открытыми благодаря разрезу до середины бедра, придавая невинному образу некоей пикантности, а еле заметное серебряное мерцание юбки – долю волшебства.
– Ты там умерла? – из зала доносится голос Эмилии.
– Можно и так сказать, – блею я, не в состоянии оторвать от себя глаз.
– Давай выходи, хочу уже, наконец, посмеяться, – иронично кричит подруга, и я неуверенно направляюсь к ней.
– Посмотри, мне кажется, в этом длина не совсем моя или цвет сливается с к-о-о-ожей… – Она застывает и, не сомкнув рта, смотрит на меня.
– Ну… как-то так. – Подхожу ближе, кружась вокруг своей оси, отчего невесомая ткань фатиновой юбки игриво развевается в воздухе.
– Николь… Это… – стонет она, заворожённо оценивая меня со всех сторон. – Это нечто… Я даже не знаю, что сказать… Просто… ВАУ!
– Да уж. Сама не ожидала. – Словно под гипнозом, я приближаюсь к гигантскому зеркалу, от которого Эмилия не отлипала последние два часа.
