Я гипнотизировала монитор, не видя толком, что на экране.
Смирнов прошёл через приёмную размашистым шагом, держа в руке лист бумаги. И, прежде чем Илья или я успели сказать хотя бы слово, скрылся за дверью финансового директора.
Илья обернулся на меня, и столько сочувствия было в его глазах! Поджала губы и попыталась открыть какой-то документ. Бесполезно, не могу думать ни о чём, кроме того, что сейчас происходит за дверью.
Нервно прикусила краешек ногтя. Давно забытое чувство, когда твоих родителей вызвали в кабинет учителя, а тебе сказали ждать в коридоре.
И вот ты сидишь, словно на иголках, и считаешь минуты до момента расплаты. А время всё тянется, тянется, и кажется, что это никогда не кончится.
— Ты только не спорь с ним, Вик, — Илья вдруг оказался рядом со мной и горячо зашептал, — дави на жалость, упирай на состояние аффекта…
— Чего? — поморщилась, опять услышав незнакомое слово. А у меня на них, похоже, теперь аллергия.
— Говорю, скажи, что не контролировала себя, что не хотела…
Одновременно зазвонили рабочий и сотовый.
Крёстная подождёт.
Нервно сглотнула и подняла трубку в ответ звонок Аристова:
— Зайди.
Дрожащей рукой молча вернула трубку на место и переглянулась с Ильёй.
— С Богом! — кивнул тот. — Помни: не перечь и не спорь. Если что, зови меня в свидетели.
Прошла через приёмную, взялась за дверную ручку и замерла, собираясь с духом. Постояла так пару секунд, как вдруг дверь распахнулась. Отшатнулась назад, едва не столкнувшись со Смирновым. Тот выглядел довольным.
Не говоря ни слова, прошёл мимо на выход.
Помрачнев ещё больше, я толкнула дверь и шагнула в кабинет начальника.
Аристов сидел в кресле спиной ко входу. Прикрыла за собой дверь и сделала несколько неуверенных шагов в сторону стола. Директорское кресло крутанулось на сто восемьдесят градусов, и я застыла на месте, напоровшись на строгий пронзительный взгляд.
В руках у мужчины был листок. Скорей всего, тот самый, который приволок рыжий стукач, ябеда-говядина, чёрт бы его побрал!
Вспомнила совет Ильи давить на жалость.
Сцепила пальцы перед собой и скромно потупила глаза, делая вид, что мне очень интересны носки моих чёрных лодочек.
В кабинете сделалось неестественно тихо. Слышно было, как за окном просигналила машина. Дзинькнуло входящее сообщение в компьютере шефа. Я чуть прикусила нижнюю губу и продолжала сопеть, усердно рассматривая пол. Аристов заговорил первым:
— Ну, и?
— Что? — прошептала хрипло, всё ещё пряча глаза.
