"
"— Нам туда, — показала рукой в сторону дороги, освещённой редкими фонарями, и пошла вперёд. Услышала спиной:
— Надеюсь, не заблудимся, Сусанин? Не получится, как с номерами? Вместо ресторана — стриптиз-бар какой-нибудь, а? — продолжал подначивать этот засранец.
Вместо ответа зачерпнула горсть снега, сформировала снежок и запустила им, не глядя, назад.
— Ты охренела, Карамзина?
Оглянулась резко. Да ладно? Прямо в яблочко? Я ведь даже не целилась! После того, как Аристов перестал отплёвываться и отряхивать лицо, он сам наклонился за снегом, и я поняла, что надо делать ноги.
Побежала вперёд по дорожке, вспоминая уроки физкультуры, и всё шло хорошо, пока впереди не показался уклон, на котором я не сразу разглядела ледяной накат. Расставив ноги и растопырив руки, будто сёрфер, с громким визгом поехала вниз с дорожки.
Аристов влетел на накат с разбегу и сейчас очень быстро приближался ко мне со спины. В конце спуска я вдруг начала терять равновесие. Несколько раз наклонилась вперёд-назад, пытаясь выровняться, взмахнула руками один раз, второй, третий, и уже начала было падать назад, когда вдруг оказалась лицом к лицу с Аристовым, а в следующую секунду мы уже вместе летели в сугроб, подняв ор на всю округу.
Смеясь, приподнялась на локтях, пытаясь рассмотреть его лицо в тусклом свете фонаря.
— Карамзина, ты меня раздавишь! — он хохотал, как ненормальный и отплёвывался от снега.
Я нарочно придавила его ещё сильнее и сыпанула снега ему на рот, чтоб заткнулся. Какое-то время мы дурачились и боролись в снегу, будто нам по восемь, будто двадцать лет куда-то вдруг исчезли.
И вот уже я на спине, а он нависает надо мной. И я вижу, как улыбка медленно сползает с его лица. И я тоже не улыбаюсь больше. Этот момент он какой-то особенный. Словно нереальный, неестественный, сказочный какой-то. Будто это и не мы вовсе. А может, наоборот, мы настоящие?
Он снял перчатку и осторожно провёл по моему лицу большим пальцем, убирая остатки снега. Небо сегодня звёздное, как никогда. Его взгляд задержался на моих губах, и я сразу поняла, о чём сейчас думает.
Вдруг сделалось жарко, и дыхание участилось. Если… если он поцелует, всё изменится навсегда. Я чётко поняла это в ту секунду, и вдруг сделалось страшно.
Крутанулась влево, высвобождаясь из захвата, быстро вскочила на ноги и припустила в сторону ресторана, здание которого подсвечивалось впереди, выгодно выделяясь новизной на фоне остальных полуразвалившихся домиков посёлка. Получила снежком в плечо и прибавила ходу.
