Почувствовал, как дёрнулась бровь, затем спросил, переводя взгляд с одного на другую:
— Так вы знакомы?
Вика быстро посмотрела на меня, закатила глаза так, что заметил только я, скривила губы и сказала:
— Амин — друг Феликса, моего покойного мужа.
— Позволь поправить, хабибти, я друг семьи, не только Феликса, да упокоится с миром его душа.
— Нет, — холодно отрезала Вика, — ты именно, что друг Феликса, и, будь так добр, общайся со мной на русском языке, потому что твой язык я не понимаю!"
"Вот чёрт, подумал про себя, мы ещё в дом не зашли, а она уже хамит хозяину.
Такими темпами нас выставят прямо сейчас! Но араб удивил: склонил голову и покорно проглотил то, что его, словно мальчишку, прямо на людях отчитала какая-то левая секретарша.
Вика тронула меня за рукав и заглянула в глаза:
— Прохладно здесь, я пойду в дом, ладно?
В разговор влез ибн Хабиб:
— Конечно, Тори. Идёмте вместе. Хадижа будет рада видеть тебя.
Араб прошёл вперёд и открыл Вике дверь. Та кивнула и лениво спросила:
— Дочь приехала с тобой? Мило.
Оказавшись внутри богатого особняка, мы разделились. Ко мне сразу подошли несколько знакомых. Разговаривая с ними, старался не выпускать из виду Карамзину. Араб подвёл её к стайке женщин в разноцветных абайях, одна из которых, невысокая худенькая девушка, радостно взвизгнула и бросилась Вике на шею, что-то забавно лопоча. Затем девушка развернулась, подбежала к какой-то тётке в чёрном, забрала у той с рук младенца и поднесла его Карамзиной.
Ребёнок захныкал.
О, Боже, только этого не хватало! Почувствовал, как меня передёрнуло: не выношу орущих детей. Сосредоточился на разговоре со знакомыми. Речь шла о фондовом рынке. Все наперебой трещали о последних новостях, ценах на нефть и газ. Я тоже что-то говорил, но взгляд, против воли, возвращался к тому углу, где стояла Вика.
О, Боже, ей дали подержать ребёнка. Сумасшедшие! Где Карамзина, и где дети?! Вика делала вид, что ей интересен ребёнок. В тот момент я ни секунды не сомневался, что она не взаправду, что это просто игра на публику, и одновременно с этим продолжал охреневать с ибн Хабиба.
Тот не сводил с Вики горящих глаз, затем и вовсе наклонился и принялся что-то нашёптывать на ухо.
Смутная догадка пронеслась в голове. Слушая собеседников и даже что-то им отвечая, достал смартфон и забил в поисковик слово «хабибти» — моя любовь.
