Ну, разве что самую малость, но сердце ее не болело и голос не дрожал. Возможно, когда-то это и натолкнуло бы меня на различные размышления, но сейчас я только начала приходить в себя и не задумывалась о таких «случайных случайностях» и о странном поведении родителей.
Я оглядываюсь, услышав маленькие шажки – Ульяна уже начала ходить. Предусмотрительно закрываю окно прежде, чем она подходит к столу в явном желании покушать.
- Мама, Ульяна проснулась. Целую вас с папой в обе щеки, а мы пойдем завтракать. Созвонимся вечером по видеосвязи, хорошо?
Я пыталась восстановить равновесие в этой жизни.
Ульяна стала лучше спать, больше не плача по ночам, и стала чаще улыбаться. Мы много гуляли с ней, много спали и много креативничали, занимаясь чем-нибудь интересным, домашним. Однажды, когда я делала пирог, Ульяна незаметно подкралась к столу и вся наскоро вымазалась в муке. Я тогда долго смеялась, называя ее «хозяюшкой», а позже Ульяна принялась исследовать тесто, тыкая в него маленькими пальчиками.
В нашей новой жизни было настолько светло и просторно, что вскоре после Ули и я начала приходить в себя – спокойнее спать, лучше есть, чаще улыбаться и не вздрагивать от каждого постороннего шума.
Так недавно меня перестали мучить ночные кошмары, в которых набатом раздавалось имя «Андрей», а пройдет еще немного времени и, я уверена, образ Тимура растворится, как растворяется силуэт чего-то живого в кипенно-белом тумане…
Глава 30
В нашей новой жизни было настолько светло и просторно, что вскоре после Ули и я начала приходить в себя – спокойнее спать, лучше есть, чаще улыбаться и не вздрагивать от каждого постороннего шума.
Так недавно меня перестали мучить ночные кошмары, в которых набатом раздавалось имя «Андрей», а пройдет еще немного времени и, я уверена, образ Тимура растворится, как растворяется силуэт чего-то живого в кипенно-белом тумане…
- Тимур, я не хочу тебя видеть. Приходи через «никогда», пожалуйста.
Я бы не ушел, если бы отец не приехал навестить Вику и передать вещи для Ульяны на первое время.
Затем он позвал меня, и его первым вопросом было:
- И как давно ты влип в это?"
"Поначалу вопрос отца не насторожил меня, и я начал перебирать всевозможные варианты, куда я мог «влипнуть», но в связи с новой жизнью я не нашел в ней возможных черных пятен.
- Пап, я даже в боях перестал участвовать. Видишь, как мое тело сдает свои позиции? – хмыкнул я нерадостно.
После того, как я ушел из черной сферы, мои мышцы пришли в негодность.
