- Я бы и не услышал, пока плач ребенка не затих…
В этот миг за стеной раздался глухой женский крик. Едва слышимый…
Когда эмоции взяли верх над разумом, моя нога в ту же секунду коснулась двери, и та с грохотом ударилась об стену. С гулко бьющимся сердцем я принялся спускаться по витиеватой лестнице, уже понимая, что эта незамысловатая конструкция приведет меня на первый этаж дома.
Однако, то, что я увидел там, внизу, дало трещину в моей многолетней выдержке.
Вика лежала на бетонном полу и не подавала признаков жизни.
У меня просто не было времени думать. Это к чертям выбило из колеи. Я бросился к ней, но мужская фигура перегородила мне путь.
- Не нужно оказывать моей жене помощь! Я ее задушил, потому что слишком многое рассказал ей! Вика уже не жилец! - истерично рассмеялся Андрей, - Ася нас попросила сделать это…
Я думал, что свихнусь от его слов. От этого поганого имени – Ася! От его безумия в глазах и словосочетания: «Ася попросила нас». Что несет этот больной придурок?!"
"Кровь бурлила во всем теле, вызывая неимоверную трясучку, и, не думая, я набросился на Андрея.
У меня просто не было времени думать, и мой кулак приходится ему прямо в почки.
- Меня никто ни о чем не просил! Если Вика… если… - я не смог сказать этих слов, - то я тебя убью. Ты слышишь?! Убью, как хотел это сделать много лет назад во имя той ненормальной Аси!
Эмоции застилали мои глаза, когда я наносил удары один за другим, но в какой-то момент я просто не заметил нож, блеснувший в руках Андрея.
Я нехило приложил его к стене, подумав, что с ним покончено – он был в крови, мои руки были в крови, стены и пол тоже были в бордовой жидкости, и меня нещадно воротило от вида Андрея. Я разбил кулаки об его зубы, нос, глаза и обо все, что только было можно разбить.
Тысяча чертей! Кажется, с глазами у него полная беда…
Возле Вики уже были медики. Еще до нашей борьбы они взялись за свое дело, я старался не вмешиваться, только добивал Андрея до полуживого состояния.
Такая смерть – слишком легкая для него. Четко до полуживого состояния, не более.
После попытки удушья время шло на минуты. Если это была лишь попытка… Вскоре я заметил, как они перерезали веревку, которой Вика была привязана к батарее. Тысяча чертей!..
Несколько оперов уже спускалось сюда, больше места не было. Я планировал сказать им, чтобы забрали полуживое тело ублюдка и убирались отсюда, да и сам хотел выйти.
