Как только она дала Росите понять, с какой целью к ней явилась, та обо всем рассказала матери, и царапины, которыми отделался комендант, не могли идти ни в какое сравнение с тем, что выпало на долю его посланницы. Не взмолись она о пощаде, ей бы не спастись от разъяренного Бизона.
Она могла бы прибегнуть к помощи закона и отомстить им, но уж такова была ее профессия, что она предпочла молча проглотить обиду.
Глава XXV
– Ну, Робладо, – спросил комендант, что теперь?
– А вы не догадываетесь, мой дорогой полковник?
– Да не совсем, – ответил Вискарра, хотя он прекрасно знал, что делать.
До этого он додумался совсем недавно. Эта мысль пришла ему в голову в день его первого поражения, когда сердце его горело злобой и жаждой мести. И потом она возникала снова и снова. А его вопрос был совершенно излишен. Ибо комендант заранее знал, каков будет ответ Робладо: «Действуйте силой».
Так оно и было. Робладо произнес именно эти слова.
– Но как?
– Возьмите нескольких солдат и ночью увезите ее.
Что может быть проще? С этой недотрогой надо было с самого начала так действовать. Не бойтесь, никакой беды от этого не будет. Для них это вовсе не так ужасно. Это способ испытанный, я знавал такие случаи. Ручаюсь вам, еще не успеет вернуться охотник, как она уже со всем этим чудно примирится.
– А если нет?
– Ну, если даже нет, чего вам бояться?
– Пойдут толки, сплетни...
– Эка важность! Нет, дорогой полковник, на этот раз вы что-то слишком робки.
Правда, вы уже изрядно напортили, но это совсем не значит, что в дальнейшем вы будете действовать также неловко. Увезти ее можно ночью. У вас тут есть комнаты, куда никому не позволено входить. Если надо, можно воспользоваться даже теми... знаете?.. где нет окон. Никакой колдун не сможет ничего проведать. Отберите людей, таких, которым вы доверяете. Вам незачем брать весь отряд, а пять-шесть золотых свяжут языки тем, кого вы возьмете с собой.
Право, это не труднее, чем украсть рубашку. Украсть рубашонку – только и всего!
И негодяй захохотал, довольный грубым сравнением и еще более грубой шуткой, а комендант вторил ему."
"И все же Вискарра еще не решался прибегнуть к этому крайнему средству. Но вовсе не душевное благородство было тому виной. Хотя он и не был таким же отъявленным подлецом, как Робладо, сейчас его сдерживали отнюдь не соображения порядочности.
