В траве под гигантской смоковницей лежала старая лошадь. Она была мертва, но птицы еще не тронули ее. На земле, как раз под зиявшей на шее лошади раной, натекла лужа крови. Видимо, животное было убито на этом самом месте.
— Убил-таки, — задумчиво проговорил мой спутник. — Это похоже на Холта. Мог бы ведь оставить лошадь кому-нибудь из соседей — так нет! Он, правда, ни с кем особенно не дружил, и меньше всего со мной. Я раз на празднике победил его в стрельбе. Он, должно быть, разозлился и с тех пор невзлюбил меня.
"
"Я почти не слушал его. У меня явилась мысль — нельзя ли по этой лошади угадать время отъезда скваттера. На некотором пространстве вокруг трупа, защищенном раскидистыми ветвями смоковницы, земля была суха, а ручеек крови и образованная им лужа только слегка размазаны грифами, следы которых виднелись вокруг. Глаза животного были уже выклеваны. Все эти признаки мне, участнику походов в прериях, нетрудно было понять, так же как и опытному охотнику Уингроуву.
— Когда ее убили, по-вашему? — спросил я, указывая на лошадь.
Он тотчас понял мою мысль.
— А ведь правильно! Мне это сразу в голову не пришло. Сейчас выясним!
Охотник наклонился к самой шее лошади и, сунув пальцы в рану, подержал их там несколько секунд. Он молчал и, склонив голову набок, внимательно что-то обдумывал, потом сразу выпрямился, видимо удовлетворенный осмотром.
— Разрази меня гром, если эта лошадь не убита часа два, самое большее четыре назад! Взгляните-ка — кровь еще свежая и труп, по-моему, даже не совсем остыл.
— Значит, вы уверены, что ее убили сегодня утром?
— Совершенно уверен. Вот посмотрите, — продолжал он, приподняв и снова уронив одну из ног животного: — ноги еще совсем гибкие, а ведь они бы уже окостенели, если бы лошадь была убита вчера.
Таким образом, мы твердо установили день отъезда Холта, а час не имел такого значения, хотя и его можно было установить с достаточной точностью. По-видимому, лошадь была убита перед самым уходом. Теперь оставалось только одно сомнение: сам ли скваттер убил лошадь? Я вдруг подумал, не сделала ли это Су-ва-ни, и высказал его вслух.
— Ну нет! Это, конечно, сделал Холт, — ответил охотник: — девушке не к чему убивать лошадь, она просто взяла бы ее себе. Хоть это и старая кляча, но индейцам еще пригодилась бы для перевозки всяких их пожитков. Нет, это Холт!
— В таком случае, еще не все потеряно. Выходит, что они опередили нас не больше чем на четыре часа.
