Он поспешит в долину и предупредит гарнизон!
Едва всадники проехали мимо, он вскочил на ноги и готов был мчаться в крепость. Но он просчитался. Разведчики, которых предусмотрительно разослал белый предводитель, давно уже заметили и окружили пастуха вместе с его стадом, и его тут же схватили. Половина стада пошла на ужин тем самым людям, которых он собирался выдать.
До того места, где им встретился пастух, белый вождь и его спутники ехали хорошо знакомой дорогой – дорогой торговцев с индейцами. Здесь предводитель свернул и, не сказав ни слова, повел воинов наперерез по прерии.
Бесшумно и послушно следовала за ним бесконечная цепь всадников, словно ползла, извиваясь, гигантская змея.
Еще через час они достигли края Великой Равнины – места, так хорошо знакомого их вождю. Оно возвышалось над ущельем, в котором он не раз укрывался от врагов. Луна, по-прежнему сиявшая ослепительно ярко, была теперь низко над горизонтом, и свет ее не достигал дна ущелья. Оно лежало в глубокой тени. Спуск был труден, но только не для таких людей, да еще с таким проводником.
Сказав несколько слов ближайшему воину, белый вождь направил коня в расселину и исчез в тени скал.
Воин передал приказ следующему и вслед за Карлосом скрылся во мраке. Так, одного за другим, бездна поглотила пятьсот всадников.
Некоторое время до слуха доносился непрерывный частый топот – удары двух тысяч копыт о скалы и мелкие камни. Но шум этот постепенно замирал, и наконец все стихло. Люди и лошади ничем не выдавали своего присутствия в ущелье.
Слышались одни лишь голоса диких зверей и птиц, в чье убежище вторглись непрошеные гости, – жалобный плач козодоя, вой волка да пронзительный крик орла.
* * * *Прошел еще день. Снова взошла луна, и гигантская змея, что весь день пролежала свернувшись в ущелье, неслышно выскользнула из его устья и потянулась через долину реки Пекос.
Вот она уже достигла реки и переправляется на другой берег. Среди всплесков и брызг лошади одна за другой идут бродом, затем колонна скользит дальше.
Из долины Пекоса она поднялась на ту часть плоскогорья, с которой открывается вся долина Сан-Ильдефонсо.
Небольшой привал, вперед посланы разведчики, и колонна снова движется.
А когда луна снова скрылась за снежной вершиной Сьерра-Бланки, голова колонны достигла Утеса загубленной девушки. Последний час предводитель ехал медленно, словно ждал, пока зайдет луна. Свет ее теперь не нужен. Для того, что должно свершиться, больше подходит тьма.
