Его не стали преследовать: негодяи все еще надеялись, что Карлос ни о чем не догадается и подойдет к пещере. Но надежды их быстро рассеялись. В полумраке они увидели, как всадник повернул коня и поскакал прочь из ущелья.
Несколько минут под сводами пещеры гулко звучали возгласы досады, богохульства, непристойная брань.
Наконец негодяи немного поостыли; ощупью добрались они до своих лошадей и вывели их из пещеры. Здесь они остановились и опять дали волю злобной досаде; потом принялись обдумывать, как же действовать дальше.
Гнаться тут же за Карлосом не имело смысла: пока они выберутся на равнину, он, конечно, ускачет от них на много миль.
Долго еще охотники ругались и осыпали Бизона проклятиями. Наконец это утомило их, и они опять задумались над тем, как быть.
Пепе считал, что ночью идти дальше бесполезно: до наступления утра им все равно не нагнать Карлоса; а вот станет светло, тогда будет легче его выследить.
– Дурак ты, Пепе! – ответил Мануэль на эти рассуждения.
Станет светло – он увидит нас... Так мы все дело испортим. Эх, ты!
– Как же теперь?
– Дьявол! А ищейка на что? Она и ночью поскачет по следу. Не уйдет белоголовый.
– Так ведь он когда остановится? Миль за десять, не ближе! Значит, ночью нам его не догнать.
– Опять ты дурак, Пепе! Миль за десять? Нет, ближе! Про ищейку-то он не знает, не думает, что мы его выследим. Наверняка ближе остановится. Только вот пес у него сущий дьявол! Кабы не пес...
– Черта с два! Пес теперь нам не помеха.
– Почему это?
– Почему? Да потому, что я пырнул его ножом. Уж ты мне поверь, он свое отбегал."
"– Дьявол! Хорошо бы так... Хорошо бы... За это и двух золотых не жалко. Кабы не этот пес, белоголовый уже был бы наш. Кабы не пес, мы бы его до рассвета захватили. Скоро он остановится. Про нас-то он не знает и про ищейку не знает... Остановится, вот увидишь. Клянусь Богом, дело верное!
– Как так, Мануэль? Думаешь, он не уйдет далеко?
– Нипочем не уйдет! Никуда он не уйдет!.
. Скоро мы его выследим. Дождемся, чтобы заснул, подберемся к нему... Только вот этот пес... Ничего, подберемся.
– Про пса не думай, он нам не помеха. Я так пырнул его ножом – дай Бог ему двадцать минут прожить, а уж больше где там! Когда найдем белоголового, так одного, без собаки, уж ты мне поверь.
– Хорошо бы... Что ж, попробуем, сынок. Поехали!
Мануэль тронул поводья и начал спускаться со скалы в ущелье. Пепе и собаки двинулись за ним.
