Им хотелось, чтобы эту просьбу слышали солдаты, слонявшиеся без дела у ворот, поэтому сами они говорили громко, желая, чтобы и проситель повысил голос.
И Карлос тоже отвечал громко – не затем, чтобы доставить удовольствие собеседникам, нет, у него были на то свои причины. Он тоже хотел, чтобы солдаты, а главное, часовой у ворот слышали его разговор с офицерами.
– Так вот, ваше превосходительство, – продолжал он, – я живу в бедном ранчо, на самом краю поселения, со старухой-матерью и сестрой. Прошлой ночью на них напали индейцы.
Мою мать ударили так, что она упала замертво, дом подожгли, а сестру увезли с собой!
– Я слышал об этом, мой друг. Больше того, я сам пустился в погоню за дикарями.
– Знаю, ваше превосходительство. Я в это время был в прерии и вернулся только сегодня ночью. Я слышал, что вы, ваше превосходительство, немедля погнались за дикарями и очень благодарен вам.
– Не стоит благодарности, я только исполнял свой долг. Я сожалею о том, что случилось, и сочувствую вам.
Но негодяи успели удрать, и сейчас нет надежды воздать им по заслугам. Может быть, позже, когда здешний гарнизон будет усилен. Тогда я мог бы сам устроить набег на индейцев, и, может быть, мы отыскали бы вашу сестру.
Охотнику вполне удалось своей почтительностью провести Вискарру – комендант вновь обрел свою самоуверенность и хладнокровие, и всякий, кто знал о случившемся не больше, чем можно было уловить из их беседы, наверняка обманулся бы, слушая его. Он прекрасно притворялся – ни речь, ни осанка не выдавали его.
Но от зорких глаз Карлоса, знавшего всю правду, не укрылась дрожь губ, как ни мало она была заметна; он заметил и неуверенный взгляд Вискарры и каждую малейшую запинку в его речи.
Да, Карлос обманул его, но он-то не мог обмануть Карлоса.
– О чем же вы хотели просить? – осведомился Вискарра, посулив Карлосу так много в будущем.
– Вот о чем, ваше превосходительство: позвольте вашим солдатам еще раз пойти по следу грабителей – под вашей ли командой, чему я был бы очень рад, или под командой кого-нибудь из ваших храбрых офицеров.
.. ( При этих словах Робладо почувствовал себя польщенным. ) Я буду проводником, ваше превосходительство. На двести миль кругом нет такого места, которого я не знал бы так же хорошо, как эту долину. И хоть мне самому не пристало говорить об этом, но поверьте, ваше превосходительство, я могу пойти по следу индейцев не хуже любого охотника на Равнине.
