Отношения с Артемом у нас были непростые, но не настолько, чтобы я подставила его с превращением конкурса красоты в передачу «Экстрасенсы и привидения» с мстящей за увольнение беспринципной журналисткой в главной роли.
Но глупая паранормальная девица бросилась от нас по лестнице, сломя голову, не желая нормально упокаиваться."
"- Ты чего стоишь? – крикнула я замершему Ципесу и схватила садовую лопатку, оставленную в клумбе зимнего сада для рыхления почвы. – Лови ее! Она девчонок по ночам пугает, совсем привидение с катушек съехало.
Точно помню по многочисленным рыцарским романам, особо душещипательные выдержки из которых зачитывала мне Хая по вечерам, что если найти неправильно похороненное тело, отпеть и закопать кости на кладбище, призрак исчезнет.
Поэтому хочет девушка или не хочет, а я ее закопаю.
Моя особая гордость - светлый мозг, подаренный природой, уже судорожно вспоминал где тут поблизости кладбище.
- Я извиняюсь, - пробормотал Ципес, колыхаясь и не двигаясь с места, - кто пугает, кто съехал? Я чувствую себя хорошо, а эта человеческая девушка нас обоих сильно боится, кого она пугает?
Переведя взгляд на мелькнувшую наверху фигурку, я оценила расстояние между нами, плохое освещение и многометровый кисейный наряд, укрывавший девушку.
- Человек? Она человек? Черт! Черт! Быстрее за ней, ей нельзя дать уйти!
По лестнице я буквально взлетела и увидела белый шлейф, мелькнувший в коридоре направо и бросилась следом за ним.
- Эй, эй! – шипела я, чтобы не услышали в комнатах. – Подожди! Давай поговорим! Да не трону я тебя.
Только скажи, зачем девчонкам пакостишь.
Но стоило мне вывернуть из-за поворота и обнаружить беглянку, как она открыла рот и громко завизжала.
Потом вдруг посмотрела на меня внимательнее, затряслась и брякнулась в обморок.
В жизни я не падала в обморок. Не знаю, что должно случиться в мире, чтобы я реально грохнулась без чувств. Со мной, пожалуй, справится только нервно-паралитический газ, и то, все деньги я на него бы не поставила. Мой разум категорически не любил отключаться, подозревая что «тут-то самое интересное и начнется».
В детстве я ненавидела засыпать. Приходилось бегать до упаду, читать что-нибудь дико заумное, а уж в искусстве подсчета прыгающих через забор овец я была профессионалом, знала каждую ночную попрыгунью по имени и характеру.
Повзрослев, я кое-как смогла договориться с собственным мозгом. Сбой произошел только, когда врачи попытались вырезать мне аппендицит и проблема чуть не вернулась во всей красе.
