Тем более, что выбора у меня и нет особо.
Можно рассуждать сколько угодно, но когда он подходит так близко, что между нами остаются сантиметры, из головы выветриваются все мысли, а ноги намертво прирастают к полу. Я даже не могу сделать шаг назад. Только смотрю неотрывно в темноту его глаз.
– Никогда больше так не делай, Лера, – голос приглушён, лицо парня спокойное. И это пугает не меньше.
Кожу ощутимо покалывает электричеством, а дыхание сбивается, когда он ведёт двумя пальцами от самого плеча вдоль всей руки, а потом крепко сжимает мою кисть, которую я спрятала за спину.
Перехватывает выпавший баллончик, оставляя меня даже без призрачной защиты.
– Некрасиво угрожать мне в моём же доме, не находишь?
Он высокий. Крепкий. Просто огромный рядом со мной. Я ему макушкой едва до плеча достаю. Что я могу против него?
О чём я только думала, когда решилась на этот глупый шаг противостояния?
Миксаев наклоняется, глубоко втягивает носом, едва прикасаясь к коже. Почти невесомо, но у меня от напряжения начинают неметь пальцы.
– Не делай мне больно, – шепчу. Просить – жалко, но что ещё я могу поделать. – Пожалуйста.
– Не буду, – он говорит, слегка прикасаясь губами к моему уху. – Ещё рано. Но ты ведь понимаешь, что просто так я тебя не отпущу.
Он снова втягивает мой запах, мягко прижимается губами чуть ниже уха. Это пускает по моему телу какой-то странный, невероятно мощный разряд, заставляя всё внутри сжаться, а сердце пуститься ещё быстрее.
– Скажи мне, Принцесса, – шепчет он, почти не отрывая губ, – ты уже была с кем-то?
Не знаю, какой ответ будет мне в пользу. Если скажу да, может воспринять это как зелёный свет, а так вдруг не захочет возиться… Поэтому отвечаю правду, отрицательно качнув головой. На голос у меня сил сейчас не осталось.
Влад выпрямляется и снова цепляет меня взглядом словно магнитом. Свой ни спрятать, ни отвести. Держит на привязи страха незримой прочной нитью.
Он поднимает руку и прикасается к моей щеке, ведёт пальцами от скулы к губам.
Когда его жёсткие пальцы обводят их контур, я непроизвольно всхлипываю. Он сказал, что не сделает больно. Но у нас могут быть разные понятия об этом.
Его рука скользит ниже и ложится открытой ладонью мне на шею. Обнажённая кожа под его пальцами начинает гореть. Запоздало сожалею, что не надела водолазку с высоким горлом.
А потом я чувствую, как он давит, вынуждая меня опуститься вниз на колени.
