Но не та, что со слезами и плачем! С криками и руганью и исключительно русской бранью!
Как? Ну, как мы попадем туда без ключей?! Это не деревня и не село, где двери закрываются на обычный крючок, потому что все друг друга знают, да и воровать там особо нечего. И почему я не подумала об этом, когда мы проезжали постоялый двор, перед рыночной площадью? Можно ведь было спокойно отдохнуть и уже с утра поехать, например, к управляющему. Уж он то должен знать, как мне попасть в собственный дом.
Видимо, все же придется ехать в ту гостиницу, не ночевать же нам на улице.
Бросив последний взгляд на ворота, где даже намека на замочную скважину не было, я уже было развернулась к телеге, когда заметила спешащего к воротам человека.
Не может быть! Неужели нам все-таки повезло и не придется ехать на постоялый двор?
— Добрый вечер, — произнесла я, хотя, какой вечер, уже самая ночь!
— Доброй ночи, госпожа. Чем могу быть полезен? — на меня, через резные проемы смотрел пожилой мужчина, с удивительно добрым взглядом.
Его лицо показалось мне смутно знакомым.
— Простите, вы меня, наверное, не помните, — начала я, оглянувшись на малышей и вновь перевела взгляд на мужчину, который изучающе осматривал меня.
— Я Марушка… дочь князя Реуша и княгини Валесии… — не успела закончить, как в глазах мужчины мелькнуло узнавание и он, в изумлении взмахнув руками, потянул за резную дверь.
Не поняла… Как он это сделал? Как открыл дверь? Я не видела ни ключа, ни замка, который бы мужчина отворил. А ведь я ее и дергала, и толкала, но она не поддавалась.
— Боги, княжна… Княгиня, как же мы вас ждали! — он поклонился, недоумевающей мне и поспешил открыть ворота для повозки.
Я же с удивлением наблюдала, как он ловко завел лошадь на территорию особняка и так же быстро закрыл ворота. Конечно, я допускала мысль, что мужчина мог и вспомнить Марушку, но прошло четыре года… Неужели он просто поверил мне на слово?
Да и как они могли меня ждать? Откуда могли знать, что я жива? И кто это «мы»?
— Малушка, я хочу пить, — из телеги раздался заспанный голос Аннис.
— Ох, вы не одна! А чьи это дети? — мужчина подошел к телеге, разглядывая малышей и нашу скромную поклажу.
— Мои. Радос, если не ошибаюсь, — назвала я мужчину по имени, которое так кстати всплыло в памяти. Косматые брови мужчины приподнялись в изумлении, при упоминании его имени.
— Верно, госпожа. Но как же, ваши? — он снова посмотрел на малышей, пытаясь сопоставить с ними мой возраст.
