Помню, как в детстве дед Матвей возил нас с ребятней на такой же вот повозке, когда я гостила у бабушки. И его залихватский свист и то рычащее тпр-р-р-у-у, и цыканье языком… И вот так захотелось мне самой все это повторить… ан нет!
Попрощавшись с Саяной, мы пристроились за парой соседских телег и двинулись следом. Я впервые управляла лошадью, хоть и было немного страшно, но меня никто не подгонял и спустя время я уже вполне уверенно держала вожжи и мне даже удалось догнать впереди идущие повозки. Все благодаря опыту Марушки.
Да, пока я пыталась приноровиться к управлению нашей флегматичной лошадкой, мы немного отстали.
— Малушка, мы едем к маме? — Аннис подползла поближе и наклонила голову, чтобы заглянуть мне в глаза. Бросив на нее взгляд полный сожаления, я отрицательно мотнула головой.
— Но ведь мама будет селдиться, что мы уехали без нее, — тихо произнесла малышка, а ее губка задрожала, девочка вот-вот заплачет. А я даже не могу ее успокоить. Ни словами, ни объятиями.
— Аннис, не мешай Марушке, — Андрис осторожно потянул сестру в телегу и обнял.
И если Аннис не выговаривала букву «р», то у Андриса все слова с ней получались уж больно рычащими, словно он произносил ее за двоих.
Жалко их, аж сердце кровью обливается. А ведь, пока они не узнают о смерти Варки, так и будут ее ждать. Обернувшись, заметила, как брат гладит по голове сестру, и снова хмурится. По его поджатым губкам, понятно, что ему тоже очень хочется заплакать, но наш мужичок стойкий, он держится, чтобы еще больше не расстроить Аннис.
— Не плачь, у нас есть Марушка, — пытался он успокоить сестру, неуклюже вытирая ее щечки от слез.
— А мама? Мамы у нас больше нет? — девочка взглянула заплаканными глазками на брата.
— Нет. Мама на небе, я видел… — с надрывом произнес малыш и все же не сдержался, быстро, стерев маленьким кулачком набежавшую слезу.
— А я? Почему я не видела? — обижено надув губки и всхлипнув, произнесла малышка.
— И ты ее увидишь. Мама к тебе тоже придет, — снова обнял сестру Андрис. Уткнувшись друг в друга, словно два воробышка, они вместе переживали эту боль.
А я…
Отвернулась и вытерла рукавом набежавшие слезы. Оплакивая свою прошлую жизнь, детей и внуков, которых уже никогда не увижу. Марушку, ее родителей, которые погибли. Варку и ее малышей, которые так скучают по матери.
Глава 5
В город мы въехали поздно вечером, остановившись у постоялого двора, когда малыши уже клевали носом. Оставив лошадей с повозками на большой конюшне, мы вошли в двухэтажный дом.
