Причем все — чистая правда!
— В самом деле? — поинтересовался швед."
"— Чтоб я сдох! Вот вы бы послушали Джеймса, когда у него случается подходящее настроение. Спросите его как-нибудь про золотую шахту, которую он разрабатывал где-то в Дживаро. Или про то, как он вывозил слоновую кость из Конго и Танганьики, или про ту историю с сапфирами на Цейлоне. Уж вы мне поверьте, немного на свете найдется таких парней, как капитан Джеймс. Не знаю, есть ли на земле уголок, куда он не успел сунуть свой нос! И везде, куда он попадал, что-нибудь случалось.
Но, как только начинались неприятности, старина Джеймс встревал в них и разбирался по-своему. Между прочим, всякий раз успешно.
— Храбрый парень! — сказал Том.
Швед нахмурился.
— Все это, конечно, так… Но… Капитан Финнерти, я знаю, что этот Джеймс — ваш друг. И все же, позвольте мне высказать начистоту, что я о нем думаю?
— Давайте, — сказал Финнерти.
— Спасибо, — швед тяжело вздохнул и продолжил: — Нельзя не признать, конечно, что капитан Джеймс — человек отважный, решительный и уверенный в себе.
Прекрасные качества! Даже завидные. Но мне кажется, что вместе с этими достоинствами капитану Джеймсу присущи и некоторая черствость, бессердечие, полное безразличие к мнению и чувствам других.
— Согласен, — кивнул Финнерти.
— Вы на самом деле согласны? — швед заметно приободрился. И произнес решительно: — Тогда я должен вам сказать, что мне очень не нравятся такие приключения, которые постоянно случаются с Джеймсом.
— То есть как это?
— Да, не нравятся, — настойчиво повторил швед.
— Таких людей, как Джеймс, нужно остерегаться. Ему ведь нет дела до чувств окружающих. Да что там — он даже не задумывается, что у других тоже могут быть какие-то чувства! Мне знаком такой тип любителей приключений. Они специально выбирают самые гнусные, мерзкие, беззаконные уголки мира, чтобы оправдать собственное беззаконие и жестокость.
— Вы, собственно, понимаете, о чем говорите? — поинтересовался Финнерти.
— Вполне. Мне довелось повидать немало таких людей. Я побывал во многих краях и везде встречал таких вот бравых авантюристов, как этот ваш капитан Джеймс.
Белых господ в высоких шнурованных ботинках, боссов, которые принуждают туземцев кланяться им в ноги. Они живут, как султаны, и искренне убеждены в неравенстве людей. Колониальные фашисты, вот кто они такие!
— Ну вот, приехали, — пробормотал Алекс.
— К чему из-за этого так волноваться? — спросил Том.
— Но это правда! — швед обернулся к Деннисону и писателю, ища поддержки.
