Эти двое великолепных полуголых героев, кровь с молоком, бросали друг друга по всей палубе, не боясь причинить вред, совсем как дети…
Точно, как дети! Но как веселились эти дети с телами взрослых мужчин и собственной яхтой в качестве игрушки! Они в шутку воспринимали игры, в которые взрослые играли всерьез. Как, должно быть, здорово быть таким ребенком!
Вечеринка подходила к концу. Писатель уже смылся, потому Деннисон вернулся на берег вместе с четой англичан. Когда угар пирушки развеялся, они тут же вспомнили, кто они и кто такой Деннисон.
Он почти кожей ощущал их неодобрение.
— Да, хороший вечер, — сказал Деннисон, когда они пристали у пирса."
"— Гм-м, — отозвался англичанин. Его жена вообще не удостоила его ответа.
— Ну, пока! — добавил Деннисон и быстро зашагал по причалу. Его разбирала злость. Они презирают его? Ха, да этот долбаный англичанишка едва ли когда-нибудь держал в руках больше, чем сто долларов! Все, что у него есть — эта посудина. А его жена спит с каждым, кто состроит ей глазки!
Денннсон шагал по дороге, ведущей к Бич-Ков, расшвыривая ногами прибрежную гальку.
«Нет, в самом деле, — думал он, — пора что-то предпринять. Я тут всем до того намозолил глаза, что со мной никто и разговаривать не желает. Разве что такая пацанва, как эти австралийцы. Теперь удача улыбнулась мне, и я своего не упущу. Владеть собственностью — вот что ценится в этом поганом, богом забытом мире!»
Он сбился с быстрого шага, и слезы навернулись ему на глаза. Пришла пора честной самооценки.
«Боже мой, я ведь не хуже всех остальных! У меня даже образование лучше, чем у многих из них.
Загвоздка в том, что у меня шило в заднице. Я никогда не гнался за вещами и деньгами. У меня бы все это было, если бы я поставил себе целью нагрести побольше и удрать подальше! Вот как тогда, в Шанхае… Конечно! Или в тот раз, в Малакке? Черт возьми!
За то, что ты — просто хороший парень, никто тебе денег не отвалит. Люди привыкли судить ближних по размеру бумажника и шмоткам, им глубоко плевать, что там у тебя внутри.
Я слишком долго был хорошим парнем. Двенадцать лет я строил из себя славного и доброго бродягу. Но я заставлю их считаться с собой, черт возьми!
Я многое видел в жизни, если не вообще все.
Помотался по всему миру. Многие ли могут этим похвастаться?
Три года в универе. Диплом бакалавра.
Прошел войну. Немногие видели то, что видел я.
Я прочел много книг, чертову прорву разных книг — трудных и полегче. И, между прочим, не только по программе.
