— Но мы ведь и так хотим попасть туда?"
"— Конечно, только нам желательно попасть туда живыми. Если каус будет достаточно сильным, да еще и подует прямо с востока, нас снесет прямо на коралловые рифы или песчаные отмели, которых полно вдоль побережья Катара. Тогда, может, кому-нибудь из вас и удастся выплыть — проделать вплавь последние пару миль до берега среди вздымающихся волн и бритвенно-острых коралловых рифов.
— Неприятная перспектива… — заметил Дэйн. — Надеюсь, до этого не дойдет.
— Я тоже. Все в воле Аллаха!
Шамаль не утихал, и к одиннадцати ночи они обогнули северную оконечность полуострова Катар.
Тучи на юге начали расходиться, но восточные волны становились все заметнее. Маджид бегал взад-вперед и советовался с тремя моряками, оставшимися от его собственной команды. У всех у них был удрученный вид, они постоянно принюхивались к ветру и безнадежно качали головами. Майид сидел на кормовых перекрытиях и сосредоточенно вычищал грязь из-под ногтей кончиком кинжала. Джабиру неожиданно стало хуже, и Маджид разрешил ему прилечь в капитанской каюте и даже проводил туда.
Возвратившись на палубу, капитан сообщил Дэйну:
— Погода мне не нравится. Я решил вывести корабль в открытое море, пока она совсем не испортилась.
— Нет. Я очень тороплюсь, и мы не свернем с прежнего курса.
Маджид чуть растянул губы в печальной улыбке:
— Я понимаю ваши соображения насчет спешки, о достопочтенный господин. Но это нам не поможет — восточному ветру нет до них дела. Нас снесет на рифы! Корабль должен выйти в открытое море ради спасения наших жизней! Надеюсь, вы это понимаете, сэр?
— Нет.
— Вы не шутите? Тем не менее я должен отдать приказ…
— Нет! — Дэйн даже не повысил голоса.
Маджид почувствовал себя неуютно.
— Уважаемый сэр, хотя вы и понравились мне с первого взгляда и я считаю вас дорогим гостем на своем корабле, но капитан здесь все-таки я, и мое слово — закон! А потому, примите мои глубочайшие извинения, но…
— Не нужно отдавать рулевому приказ поворачивать в море, — спокойно, но веско проронил Дэйн.
— Если вы так сделаете, то вынудите меня — против моей воли, заметьте — распороть вам брюхо.
Маджид уставился на американца, не в силах издать ни звука. Дэйн опирался для устойчивости на фальшборт, его свободная рука покоилась на поясе, всего в трех дюймах от кусы с узким, бритвенно-острым клинком. На первый взгляд в его фигуре не было и намека на угрозу, но Маджиду все равно почему-то стало не по себе.
Капитан попытался перевести все в шутку.
