Но все же алчный и лживый грек мог бы сейчас весьма пригодиться.
Паровоз пронзительно засвистел.
— Господин, я сделал все, что ты мне приказал, — снова подал голос Сагар.
— Да, — согласился Харит, — ты сделал то, что я тебе сказал, но ты не узнал того, что мне было нужно.
— Но это было невозможно! Я сам отправился в суакинский порт. Я ходил по причалам и слушал сплетни обо всех событиях в Африке и Аравии. Но никто не говорил ни о тебе, ни о эль-Тикхейми, ни о Дэйне и не произносил ни одного из тех имен, которые ты называл.
— Конечно, ты ничего не мог услышать, — сказал Харит. — Всем известно, что ты — мой слуга и моя правая рука. При виде тебя осторожные люди никогда не станут говорить ни обо мне, ни о моих друзьях, ни о моих врагах. Ты глупец, Сагар. Когда я приказывал тебе узнать, что говорят в Суакине, я вовсе не имел в виду, что ты должен был делать это лично. Тебе нужно было послать кого-нибудь другого, не связанного со мной.
— Но как я мог об этом догадаться? — воскликнул Сагар.
— И разве я мог без твоего приказа доверить такое важное дело кому-нибудь другому?
— Ты глуп, — со вздохом проронил Харит. — Моя жизнь и благополучие оказались в руках глупцов.
— Я не мог прочесть твои мысли! — стоял на своем Сагар. В его голосе послышались угрюмые нотки. — Я сделал то, что мне показалось наилучшим, и большего я сделать не мог. И потом — а что с другими твоими приказаниями? Разве я не выполнил их в точности?
— Да, с ними ты справился хорошо, — согласился Харит.
— Гораздо лучше, чем я ожидал. Ты верный человек, Сагар, а верность дороже любых драгоценностей. Ты не виноват в том, что твой разум не столь проницателен, как того хотелось бы мне.
— Тогда я справлюсь и с другим заданием! — воскликнул Сагар. — Я уверен! Господин, когда я у тебя на службе, для меня нет невыполнимых заданий. Мне нужно только точно сказать, что надо делать.
— Да, тебе нужно только сказать, — с улыбкой произнес Харит.
— Расписать все в подробностях.
— Да, конечно! — радостно подхватил Сагар. — Только скажи, что я должен делать, Мустафа ибн-Харит, и я выполню все в точности.
Паровоз засвистел в третий раз.
— Ты хороший и верный человек, — торжественно сказал Харит. — Ты мой возлюбленный брат. Я прошу тебя принять это в знак моего уважения.
Харит протянул арабу бумажник — плату за услуги. Сагар попятился и обеими руками оттолкнул бумажник.
