На его смуглом лице отражалось лишь одно желание — упасть и уснуть. Мак-Кью был даже более раздражительным, чем обычно. Отт выглядел изможденным. Лицо его приобрело какой-то желтоватый оттенок, а когда родезиец закурил, стало заметно, что у него дрожат руки. Один лишь майор Харкнесс изменился к лучшему. Остальные европейцы чувствовали себя отвратительно.
— К тому же, — добавил Харкнесс, — мы можем увидеть все прямо отсюда.
Европейцы 6ез. особого интереса последовали за майором. Они подошли к располагавшейся на западной стороне рынка площадке размером с футбольное поле.
Земля на ней была утоптана до твердости камня. На площадке находилось около семидесяти негров, а большая толпа, состоящая из негров и арабов, наблюдала за ними.
— Это что, какие-то танцы? — поинтересовался Рибейра.
— Вы думаете, что я потащил бы вас сюда смотреть на танцы? — с чувством оскорбленного достоинства спросил Харкнесс. — Это бой.
— Полагаю, я не особо интересуюсь боями, — заявил доктор Эберхардт.
— Эти вас обязательно заинтересуют, — настаивал на своем Харкнесс.
— Нубийцы — лучшие атлеты во всей Африке. Сейчас здесь начнется борьба.
Европейцы решили полюбоваться зрелищем, но на первый взгляд на площадке ничего не происходило. Борцы пританцовывали друг вокруг друга, время от времени испуская пронзительные вопли. Все участники праздника были великолепно сложены и обладали прекрасно развитой мускулатурой. Рост большинства из них превышал шесть футов. Тела нубийцев были покрыты слоем белой золы, придающей борцам вид трупов.
Некоторые из борцов были нагими, другие — в набедренных повязках. У некоторых с поясов свисали медные украшения вперемежку с полосками меха. У одного или двоих на запястьях и лодыжках красовались плетеные браслеты. Борцы резко выкрикивали что-то в лицо друг другу, плавно наступали и отступали и внимательно следили за противником. Наконец двое борцов сошлись вплотную и сцепились. Другие тоже приблизились друг к другу. Над площадкой поднялась туча пыли. Вот кто-то полетел на землю.
Толпа завопила. Пыли прибавилось.
— Зачем они вымазываются золой? — поинтересовался Рибейра.
— Чтобы за них можно было крепко ухватиться, — пояснил Харкнесс. — Видите вон тех борцов с медными колокольчиками на поясе? Такие колокольчики имеют право носить только победители состязаний.
— А кто эти парни с повязками на руках и ногах? — спросил Отт.
Харкнесс присмотрелся повнимательнее и наморщил лоб:
— Честно говоря, не знаю. Но, наверное, это тоже что-то значит.
