И, кроме того, весной часть дороги на Массаву размыло наводнением, а мне некогда объезжать этот участок через Бербер или Джибути.
— Об этом знаешь ты сам, но не Дэйн, — терпеливо пояснил Прокопулос. — Откуда ему знать, по какому маршруту и через какие города ты намерен ехать? Дэйн может быть уверен лишь в одном — что он найдет тебя в Форт-Лами. Ему необходимо найти тебя, а когда найдет — держаться к тебе поближе, чтобы собрать доказательства.
— Это звучит разумно, — признал Харит- Ну что ж, значит, он будет искать меня в Форт-Лами.
Но почему я должен считать, что он прилетел именно этим рейсом? Есть ли у него другие возможности добраться сюда?
Харит прикрыл глаза, чтобы лучше представить возможные маршруты.
— Ты говоришь, что три дня назад Дэйн был в Дакаре. Из Дакара он мог перелететь в любой уголок Африки, а уже оттуда добираться сюда. Но за последние три дня здесь не приземлялся ни один самолет. Если бы он решил ехать поездом, ему понадобилось бы три дня на дорогу до Бамако, потом еще два дня на автобусе до Угадугу и около недели от Угадугу до Форт-Лами.
Двенадцать дней, а на машине еще дольше. Нет, если твои сведения верны, то он действительно должен был прилететь этим самолетом. Один из этих семерых европейцев — Дэйн, если, конечно, он не рискнет изображать из себя мусульманина-паломника.
— Некоторые европейцы действительно так делали, — согласился Прокопулос. — Но это очень трудно. Зачем Дэйну лишний раз рисковать? Зачем ему пытаться обмануть тебя в тех вопросах, в которых ты разбираешься несравненно лучше его, если он может дурачить тебя в том, в чем разбирается лучше он сам? Он может ехать к Красному морю под видом европейского бизнесмена, инженера, туриста или ученого.
Как ты узнаешь, кто из них Дэйн?
Харит медленно кивнул:
— Да, должно быть, это он и задумал. Итак, мне следует признать, что Дэйн находится в Форт-Лами под видом одного из европейцев. Но как я могу узнать его среди этих семи?
— Никак, — сказал Прокопулос. — Но, если будет на то воля Аллаха, я смогу найти его для тебя.
Я сам европеец и знаю, как разговаривают и ведут себя люди из разных стран. Я могу войти в бар «Метрополя» и выпить вместе с ними. Я могу обнаружить, кто из них обманщик. И за эту дополнительную услугу я прошу у тебя небольшое вознаграждение — всего лишь пятьдесят американских долларов.
Харит презрительно посмотрел на грека. Под этим спокойным взглядом Прокопулос почувствовал себя очень неуютно.
