Он, как и все, умел ценить и понимать юмор в делах. Джост отступил на шаг от прилавка и, развернувшись так, чтобы наблюдать за входной дверью, сказал:
— Ну-с, друг мой, мистер…
— Да, — произнес Карлос с жутковатой застывшей улыбкой.
— Вы правы. Совершенно правы! — вскричал Ван Джост с громким неискренним смехом. — Никаких имен! Только дела. Верно говорю?
— Только дела, — повторил Карлос.
И они расхохотались хором. В конце концов юмор победил недоверие. В этом разговоре о делах и впрямь было что-то уморительное. Руки Ван Джоста задрожали еще сильней.
Карлос, продолжая вымученно смеяться, отступил к двери.
Ван Джост встревожился:
— Желаете совершить сделку немедленно? Отлично. Я уполномочен. Позвольте, пожалуйста, взглянуть…
Вошедшая в магазин пожилая женщина раздраженно отпихнула Карлоса в сторону. Ван Джост воззрился на посетительницу с видом человека, которого вот-вот повесят. Сделав над собой усилие, он подмигнул Карлосу:
— Будьте любезны, подождите секундочку…
— Зайду попозже, — сказал Карлос.
И сделал еще один шаг к двери.
На лице Ван Джоста появилось страдальческое выражение. Он быстро обогнул прилавок и взял Карлоса за руку:
— Погодите, друг мой…
Штора в глубине магазина раздвинулась, и из-за нее появились два полицейских в штатском с револьверами в руках. Они вознамерились картинно перепрыгнуть через прилавок, и это дало Карлосу возможность ударить Ван Джоста по горлу ребром ладони — крепкой, как кора старого дуба."
"Полумертвый от боли Ван Джост рухнул прямо в ноги полицейским.
Пожилая дама не без видимого удовольствия попыталась испустить громкий вопль, дабы отметить нестандартность ситуации. Быстрый как молния, Карлос выскочил за дверь и затерялся в толпе на Де Рутерс Кайд, исчез в проходных дворах. Полицейские даже не успели заметить, в какую сторону он побежал. Когда наконец это удалось выяснить, вопрос представлял уже чисто теоретический интерес.
У билетного кассира голова раскалывалась от семейных неурядиц. Он неодобрительно взглянул на запыхавшегося смуглокожего человека по ту сторону окошка и машинально протянул руку к ящику с билетами.
— Что вы сказали? — переспросил кассир, повышая голос, чтобы перекрыть шум поезда. — Куда вам надо?
Поняв, что по-голландски пассажир не разговаривает, кассир повторил свой вопрос по-английски. Но вспотевший смуглый человек, очевидно, не понимал и этого языка.
— Дайте мне билет на ближайший поезд, — еще раз повторил Карлос, силясь перевести дыхание.
Кассир никогда не слышал такого языка.
