– Ладно, – Ольга, не дожидаясь Лаврика, стала спускаться первой. Вся одежда её покрылась желтоватой пылью, эта же пыль осела на лице, скрипела на зубах, зудела в порах вспотевшей кожи.
Пёс подбежал к небольшой ложбине, заполненной водой, и стал жадно пить, фыркая и тряся ушами. Девушка опустилась на колени, смочив руки, обтёрла лицо. Дно просвечивало, и Ольге страшно захотелось окунуть свою голову в эту нагретую солнцем, стоячую воду. Лаврик остановился на полпути к расщелине. Он не двигался, и девушка заметила, как опять мелко-мелко дрожат его руки.
– Что дальше? – Оля поднялась и, отряхнув джинсы, посмотрела на голубое, без единого облачка, небо.
Лаврик вытянул руку и пальцем указал на расщелину. Девушка подтянула пояс джинсов и направилась в указанном направлении. Платон поднял голову, зарычал. Ольга удивлённо оглянулась, но останавливаться не стала.
Разлом у основания насыпи был высотой около полутора метров. Ольге пришлось приложить некоторое усилие, чтобы подняться к его вершине и заглянуть внутрь.
Платон, до этого следивший за ней с небольшого расстояния, полез следом, и Оля слышала, как он цепляется когтями за дёрн. Балансируя на краю, придерживаясь за песчаный отвес, она заглянула внутрь. Расщелина сужалась книзу, но дно её было не конусообразным, а достаточно ровным, как если бы это был пенал или узкая коробка. Солнечный свет внутрь практически не попадал, но Оля и так смогла всё спокойно рассмотреть.
Она крикнула Лаврику:
– Здесь ничего нет!
Лаврик недоверчиво смотрел на неё.
Спохватившись, рысью кинулся к Ольге. Ему было достаточно подняться всего лишь на несколько шагов, чтобы заглянуть внутрь. Платон оставил их вдвоём и, спустившись, бегал по площадке, обнюхивая чахлые растения.
– Где же она? – одними губами спросил старик.
– Кто? – так же шёпотом спросила Ольга. Она глядела на Лаврика широко раскрытыми глазами, словно искала в нём признаки безумия. – Кто здесь должен быть?
– Девушка…в…в…красном платье…
Оля выпрямилась и прижалась спиной к песчанику.
Лаврик совсем сник, сгорбился.
– Серьёзно? Девушка? И когда ты нашёл её?
Лаврик почесал затылок, силясь вспомнить:
– До Пасхи ещё.
– Может, тебе показалось? – Оля с жалостью и надеждой глядела на старика. – Привиделось?
– Нет, можешь у Платона спросить. Это он её учуял…
– Ты был пьян? – скорее утвердительно заметила девушка.
Старик ещё сильнее стал скрести голову.