Что это – обман зрения или, не дай Бог, последствия ударов по голове? Как же теперь заниматься любимым делом, если с глазами начнутся серьёзные проблемы? Она не сразу откликнулась на вопросы другого мужчины, в штатском, который стоял прямо перед ней и внимательно разглядывал её. Он помахал перед её носом пятернёй, чтобы проверить реакцию.
– Вы меня слышите?
– Да, я вас узнала, вы следователь.
Он двумя руками обхватил девушку за плечи, но не для того чтобы обнять, а чтобы отодвинуть с прохода. Первыми вынесли носилки.
Скорая стояла чуть в отдалении. Оля охнула, увидев покрытое простынёй тело, и, не обращая ни на кого внимания, поднырнула под локоть следователя, схватившись за край белой ткани.
– Серёжа?!
На неё стеклянными глазами смотрел Макаров. Простыня выскользнула из ладони Оли и повисла до самой земли. Один из санитаров недовольно пробурчал что-то, поправляя покрывало, а Ольга заметалась, высматривая друга детства.
– Вы, наверное, Сергея Мезенцева ищете? Он в машине, ему оказывают помощь.
Давайте, Ольга Павловна, и мы с вами отойдём. Так будет удобнее прежде всего вам. Сейчас врач освободится.
Они пошли вместе к автомобилю. Обернувшись, Оля увидела, как выводят Тищенко. Он нервно озирался, щурясь и судорожно дёргаясь между двумя рослыми сотрудниками ОМОНа. Девушка проводила его взглядом до самых дверей чёрной тонированной машины.
– А где Гуциев? – спросила тревожно.
– Всё в порядке, Ольга Павловна, присаживайтесь.
Девушка нырнула в пропахший табаком салон и прижалась к противоположной стенке.
– Как вы узнали, где мы? Почему газ не взорвался?"
"– Хотели погибнуть смертью храбрых? – на суровом лице не дёрнулся ни единый мускул.
– Нет, просто… – Оля покачала головой, закусив губу.
– Просто подвергли опасности жителей города, просто устроили стрельбу, просто послали Марии Николаевне запись, заварили эту кашу… – следователь поскрёб серый от щетины подбородок, следя за реакцией Оли. – Повезло, что баллоны оказались практически пустыми.
– Я подумала, что о том, что происходит в Чудове, должны узнать люди…
– А вы считаете, что никто не догадывался? Почему вы не пришли ко мне?
Оля спрятала глаза, отвернувшись к окну.
Она не знала, что ответить, вернее считала, что он не понял бы её. Хотелось прокричать в лицо этому хмурому человеку, что она уже никому не верит. Что любой, кто наделён властью, может этой властью пользоваться безнаказанно много лет, будучи абсолютно уверенным в том, что ничего ему за это не будет.