Тоже кой-чего видел… Не укладывающееся в материализм… Определенный напряг в городе висит…
— Я пока не замечал, — сказал Мазур. — Вот в свое время в Эль-Бахлаке, точно, доводилось этот напряг лицезреть.
— А что ты, собственно, видел? — хмыкнул Лаврик. — В Эль-Бахлаке ты частенько по столице болтался и по окраинам тоже. А тут ты разок за пару дней поедешь по центру в персональной машине с личным шофером — его высокоблагородие, господин полковник, белая гвардия…
— Так… — произнес Мазур с интересом. — А что, есть… симптомчики?
— То-то и оно, у меня информация зверски неполная: я ж тут по сути начинал с пустого места, мало внимания уделяли сей державе соответствующие спецы.
Но кое-что есть… Мтанга, хитрющая рожа, опирается не на одни мистические предчувствия, а еще и на агентурные сводки. На стенах все чаще пишут не только «Бахура! Лабарта!», но и «Чемге коси!» «Режь коси!», если ты не знал. И было уже несколько стычек по окраинам — пока что шпанистая молодежь, — но лиха беда начало.
Во втором пехотном полку прямо в столовой фулу отметелили коси, коих и победили по причине численного превосходства. Соплеменники битых завозмущались, началась заварушка, военный министр туда мотался порядок наводить… Все это, конечно, никак не списать на магически действующие передачи Мукузели — это давненько зрело и накапливалось, Мукузели, сволочь, только бензинчику на тлеющие угли брызгает…
— Мтанга мне ни о чем подобном не говорил.
— Так он никому не говорил, — ухмыльнулся Лаврик.
— Он хитрый. Для посторонних здесь обязаны царить спокойствие и дружба двух братских народов… — он понизил голос: — Вот только смежники подкинули интересную информатику из Франции. В самом скором времени планируется перебросить сюда по воздуху с Корсики подразделения Иностранного легиона. Судя по количеству задействованных транспортников, не менее двух батальонов. А «белых кепариков» по пустякам не дергают, сам знаешь. Значит, что? Значит, французы что-то такое прознали и полагают, что ихнего здешнего парашютного батальона будет мало… Что нахмурился?
Мазур угрюмо сказал:"
"— Ты же сам уверяешь, что все кончится пшиком и Папа нас отсюда вышибет…
— А пока не вышиб, исправно выполняем приказ… Принцесса куда-то запропала, что характерно… — он присмотрелся, фыркнул: — Смотри-смотри… Как поется в известной рок-опере, наш-то, наш пошел на абордаж… Точно.
Они устроились за одним из крайних столиков, почти что в полумраке.
