Юноше невыносимо хотелось посмотреть вниз, но он понимал, что любое, даже самое слабое движение может его выдать. Пучки света, которые существо отбрасывало во всех направлениях, не задерживались на месте ни на секунду и непрерывно ощупывали стены коридора.
И вдруг совершенно неожиданно огни погасли.
Мир вокруг погрузился в темноту. Наступила тишина. Тварь словно отключилась – она не шевелилась и не издавала никаких звуков. Заунывные подвывания – и те полностью стихли. Теперь, когда свет был погашен, Томас вообще перестал что-либо видеть.
Он ослеп.
Его тяжело бьющемуся сердцу отчаянно требовался кислород, поэтому Томас сделал несколько небольших вдохов через нос. А что, если тварь услышит дыхание? Или учует запах? Ведь его волосы, руки, одежда – да вообще все было пропитано потом. Томаса охватил безумный животный страх, какой ему не доводилось испытывать никогда в жизни.
Пока все было тихо – ни движения, ни света, ни звука. Томительное ожидание сводило с ума.
Прошли секунды. Минуты. Томас уже не чувствовал собственного тела – грудь онемела от впивающихся в нее стеблей.
Он с трудом подавил желание заорать чудовищу внизу: «Убей меня – или проваливай назад в свою нору!»
Но тут, так же внезапно, свет включился и коридор снова наполнился клацающими и жужжащими звуками – гривер вернулся к жизни.
А затем стал взбираться по стене.
Глава двадцатая
Шипы гривера врезались в стену, разбрасывая во все стороны осколки камня, листья и обрывки стеблей плюща. Так же как и лапки жука-стукача, некоторые из рук монстра были оснащены острыми крюками; цепляясь за неровности в каменных блоках, они помогали гриверу подниматься вверх.
Яркий фонарь на одном из щупалец осветил Томаса, но на этот раз луч не скользнул в сторону, а зафиксировался прямо на юноше.
Последний проблеск надежды, зародившийся было в душе у Томаса, угас.
Единственное, что оставалось делать – бежать. Прости, Алби! – подумал он, выпутываясь из удерживающих его плетей. Вцепившись левой рукой в заросли плюща над головой, он развязал на груди последние узлы из стеблей и приготовился.
Понятно, что двигаться вверх нельзя – последовав за ним, гривер наткнется прямо на Алби. А вариант спуститься вниз был хорош лишь в том случае, если бы Томас хотел быстро расстаться с жизнью.
Оставалось одно – смещаться в сторону.
Томас потянулся и схватил стебель в двух футах слева от себя, затем намотал его на руку и изо всех сил дернул. Стебель держался прочно, как и все предыдущие.
