Томас шагал по мощеной тропинке и думал: почему еще никто не выбежал встретить его? Крысун, наверное, засел внутри и радуется, что Томас наконец вернулся в лоно ПОРОКа.
По мертвым клумбам прошуршало еще два жука-стукача, стрелявших по сторонам красными лучами сканеров. Томас заглянул мимоходом в одно из тонированных окон и, разумеется, ничего не увидел. Внезапно позади раздался грохот – близилась буря. От комплекса это массивное скопление туч отделяло еще добрых несколько миль, но Томас уже заметил сверкающие зигзаги молний.
Он сразу вспомнил бурю на подходе к городу-призраку посреди Жаровни. Оставалось только надеяться, что на севере грозы бушуют не столь смертоносные.
Наконец тротуар вывел к главному входу – большим прозрачным дверям. Разум пронзила острая вспышка воспоминаний: побег из Лабиринта, коридоры лаборатории, выход через эти вот двери, ливень… Справа, на стоянке, среди легковых машин стоял видавший виды автобус. Наверное, тот самый, что переехал несчастную пораженную Вспышкой женщину, а после увез глэйдеров в убежище.
(Там ПОРОК безжалостно играл с их сознанием, а потом через плоспер отправил в пекло Жаровни.)
И вот после всех мучений Томас вновь стоит у проклятого порога, вернувшись по собственной воле, и стучится в тонированное стекло, за которым ничего не видно.
Почти сразу же раздался лязг – это по очереди открылись замки, и одна из створок приглашающе распахнулась.
Внутри ждал Дженсон, который для Томаса навсегда останется Крысуном. Он протянул руку и поприветствовал:
– С возвращением, Томас.
Никто не верил, но я не уставал твердить: ты придешь. Я очень рад, ты сделал правильный выбор.
– Давай уж сразу к делу! – отрезал Томас. Он выполнит условия Крысуна, пойдет с ним, однако паинькой быть не собирается.
– Отличная мысль, – заметил Дженсон, отступая в сторону и слегка кланяясь. – После тебя.
Томас вошел в штаб-квартиру ПОРОКа. Изнутри его пробрал холод, по силе не уступающий северному морозу.
Глава пятьдесят восьмая
Томас вошел в широкий, уставленный редкими креслами и диванчиками вестибюль и уперся в пустую стойку рецепции.
В прошлый раз он видел совершенно иную картину, а сейчас здесь стояла яркая, красочная мебель, однако даже обновленный интерьер не мог рассеять мрачную атмосферу.
– Давай ненадолго заглянем ко мне в кабинет, – пригласил Дженсон, указывая на уводящий вправо коридор. – Мы скорбим о гибели Денвера. Такой город, такой потенциал… В то же время это знак, что нам надо непременно заканчивать работу.
