– Ревнуешь, что ли? – попытался он отшутиться. Забыть бы и не думать о знаках, да куда там…
Ньют рассмеялся.
– Нет, шанк. Просто страсть как знать хотца, в чем дело. Что с нами происходит?
– Ты прав. – Томас кивнул, на все сто согласный с другом. – Врачиха говорила, типа только немногие из нас – достойные Кандидаты. Типа я лучший, и мне нельзя погибать от чего-то, чего они не предвидели. Сам в непонятках. Стопудово, дело в реакциях, получаемых с территории обреченных.
С минуту они прошагали молча.
– А, хватит мозги сушить, – сдался Ньют.
– Чему быть, того не миновать.
Томас чуть не рассказал о предупреждении Терезы, но почему-то решил не раскрываться. Подумал: так правильней.
Он продолжал молчать, и Ньют наконец ушел в сторону, оставив Томаса одного.
Через пару часов состоялся иной разговор – с Минхо. Слова текли потоком с обеих сторон, однако в итоге ничего важного сказано не было. Друзья убивали время, мусоля вопросы, что вертелись у них в головах.
Ноги побаливали; Томас терпел. Горы становились все ближе.
Воздух заметно похолодал, даруя долгожданный отдых от дневного зноя. Бренда так и не заговорила.
Глэйдеры продолжали идти.
Когда на востоке забрезжили первые лучики рассвета, окрасив небо в темно-синее, и звезды начали понемногу гаснуть, Томас наконец набрался храбрости подойти к Бренде и заговорить с ней. На склонах гор уже виднелись сухие деревца и россыпь битого камня. У подножия гряды глэйдеры окажутся, когда солнце взойдет над горизонтом.
– Эй, – сказал Томас.
– Как ноги? Не устали?
– Нет, – сдержанно произнесла Бренда, после чего поспешила добавить, компенсируя сухость предыдущего ответа: – Сам как? Плечо зажило?
– Сам не верю, почти не болит.
– Это хорошо.
– Ага. – Томас подумал, что бы еще такого сказать. – Ну, я, это… мне жаль, столько всего произошло непонятного. И… прости за то, что я наговорил. В голове каша, бардак полный.
Взгляд Бренды смягчился.
– Ладно тебе, Томас. Уж извиняться ты совсем не обязан. – Она посмотрела вперед. – Просто мы разные, и у тебя есть девушка.
А я к тебе с поцелуями, дура, полезла.
– Ну не то чтобы у меня есть девушка… – Томас моментально пожалел о сказанном. Он сам не понял, откуда взялись эти слова.
Бренда раздраженно фыркнула.
– Не тупи. И не оскорбляй меня. Если отказываешься от этого, – с издевательской улыбкой она окинула себя жестом с головы до пят, – то придумай уважительную причину.
Томас рассмеялся. Напряжение и неловкость как рукой сняло.
– Понял.
