Томасу стало невероятно грустно. В голове возникла шальная мысль украсть у Ньюта ключи и устроить девушке побег, но он отбросил эту идею как нелепую. Выбора, кроме как стиснуть зубы и терпеть, у Терезы не было. Он заглянул ей прямо в глаза.
– По крайней мере, кромешной темноты не будет. Мы теперь, похоже, обречены двадцать четыре часа в сутки жить в сумерках.
– И то верно… – Тереза посмотрела на Хомстед, затем снова перевела взгляд на Томаса. – Я девушка сильная. Справлюсь.
Мысль о том, что придется оставить ее здесь, причиняла ужасную боль, но выбора не было.
– Я постараюсь уговорить их освободить тебя завтра.
Тереза улыбнулась, и от ее улыбки ему стало немного легче.
– Это обещание?
– Точно. Обещание. – Томас постучал себе пальцем по виску. – А если станет одиноко, сможешь с помощью своих… фокусов поговорить со мной. Я постараюсь ответить.
Он уже не противился ее вторжению в мозг и даже хотел этого, надеясь, что когда-нибудь сможет понять, как ей отвечать, чтобы они могли вести полноценный телепатический диалог.
– Скоро ты научишься, – сказала Тереза мысленно.
– Надеюсь.
Он продолжал стоять. Уходить очень не хотелось.
– Тебе пора, – сказала Тереза. – Не хочу, чтобы твоя страшная смерть была на моей совести.
Томас попытался улыбнуться.
– Хорошо. Увидимся завтра.
Он быстро развернулся, опасаясь, что снова передумает, и пошел прочь.
Свернув за угол, Томас направился к главному входу в Хомстед, куда как раз заходили два запоздавших глэйдера: Ньют стоял на пороге и подгонял их, как отбившихся от курицы цыплят.
Как только Томас вошел внутрь, Ньют немедленно закрыл за ним дверь.
Юноше показалось, что за секунду до того, как раздалось щелканье замка, он услышал жуткий вой гриверов, донесшийся откуда-то из глубин Лабиринта.
Ночь началась.
Глава тридцать восьмая"
"В прежние времена большинство глэйдеров ночевали под открытым небом, поэтому, чтобы всем разместиться в Хомстеде, пришлось изрядно потесниться. Кураторы разделили глэйдеров на группы и распределили по комнатам, снабдив одеялами и подушками.
Несмотря на тесноту и неразбериху, подготовка ко сну проходила в напряженной тишине, словно никто не хотел привлекать к себе внимание.
Когда глэйдеры разместились, Томас вместе с Ньютом, Алби и Минхо оказался на втором этаже, где они могли завершить разговор, начатый возле Картохранилища. Алби и Ньют сидели на единственной в комнате кровати, а Томас и Минхо – на стульях напротив.
