Кто вырезал часть надписи на стене его спальни, оставив только слово “свиньи”, и кто украл его ноутбук? О ком говорил Кевин, когда сообщил детективу, работавшему под прикрытием, что собирается встретиться с хулиганом и “разобраться” с ним? Что именно знал Кевин — что он собрал воедино — такого, что заслуживал пули в мозг?
Все эти вещи по отдельности могут иметь объяснения. Наркоман может украсть его ноутбук. Ребята в общежитии могли просто забыть о втором человеке, который был там в последний вечер, когда видели Дайю.
Но если сложить все вместе, то получится чертовски много необъяснимых происшествий.
— Если ты так говоришь, — сказала Эбигейл, но ее рука все еще дрожала. — Но…
— Я еще не закончил. Оставался еще вопрос о тех телефонных звонках. Кто звонил Кэрри Кертис Вудс перед тем, как мы с партнером навестили ее? Кому она перезвонила после нашего ухода? Кто звонил Джордану Рини с абонентского ящика в Норфолке, чтобы бросить подозрение на церковь и довести его до такого состояния страха и тревоги, что он попытался передознуться наркотиками? Кого испугались эти два человека и чем этот человек им угрожал, что заставило их обоих решить, что они лучше умрут, чем встретятся с ним лицом к лицу? И кто звонил Делоне, пытаясь заставить их бояться, что Дайю все еще жива, чтобы бросить отвлекающий маневр на моем пути и заставить их еще больше чинить мне препятствия?
Эбигейл выпустила дым в потолок и ничего не сказала.
— Мне также хотелось бы узнать, почему в лесу на ферме Чепмена есть круг из деревянных столбов, который кто-то когда-то пытался разрушить, почему на соседнем дереве спрятан топор и почему рядом с разрушенным кольцом кто-то когда-то пытался сжечь веревку.
При слове “веревка” Эбигейл слегка конвульсивно дернулась, но ничего не сказала.
— Возможно, с наглядными пособиями тебе будет интереснее, — сказал Страйк.
Он снова открыл фотографии полароидов на телефоне.
— Это не Джо Джексон, — сказал он, указывая на него.
— Это Джордан Рини. Это, — сказал он, указывая на блондинку, — Кэрри Кертис Вудс, это Пол Дрейпер, а это, — он указал на пухленькую смуглую девушку, — не Роуз Фернсби. Это ты.
Дверь за Страйком открылась. Появился бородатый мужчина, но Эбигейл крикнула “Отвали!”, и он поспешно удалился.
— Военная дисциплина, — одобрительно сказал Страйк. — Что ж, ты училась у лучших.
Радужные оболочки глаз Эбигейл теперь представляли собой два почти черных диска.
