— Как ты думаешь, это произошло в одной из них?
— Нет, — сказала Эбигейл, снова опуская взгляд на телефон. — Место выглядит слишком большим. Больше похоже на сарай. В комнатах для уединения никто не фотографировался, не собирался в группы, ничего подобного. То, что вы там делали, должно было быть “духовным”, — сказала она, кривя рот. — Только один мужчина и одна женщина. А это, — сказала она, указывая на фотографию маленького мужчины, которого содомировали, — было прямо на улице. Мой отец и Мазу не любили геев.
Они оба были против.
— Можешь ли ты опознать кого-нибудь из остальных? Человека поменьше?
— Похож на “Допи” Дрейпера, беднягу, — тихо сказала Эбигейл. — Девочки, не знаю… наверное, это может быть Шери. Она была блондинкой. А та, темненькая, да, это Роуз, как бы ее ни звали. На ферме Чепменов было не так много пухленьких девочек.
— Ты не помнишь, чтобы у кого-нибудь была камера Полароид? — спросил Страйк, когда Эбигейл снова протянула ему телефон через стол.
— Нет, это было запрещено.
Ни телефонов, ни камер, ничего такого."
"— Оригинальные полароиды были найдены спрятанными в старой жестянке из-под печенья. Я знаю, что это было давно, но не припомнишь ли ты, чтобы у кого-нибудь на ферме было шоколадное печенье?
— Как ты думаешь, смогу ли я вспомнить о шоколадном печенье спустя столько времени?
— Было бы необычно увидеть печенье на ферме, не так ли? В условиях запрета на сахар?
— Да, но… ну, я думаю, что кто-то на ферме мог их прихватить…
— Возвращаясь к тому, где находился твой отец, когда пропала Дайю: незадолго до того, как Шери вышла из моря, очевидцы видели на пляже человека, который бегал трусцой.
Он так и не объявился, когда история с утоплением попала в прессу. Было темно, поэтому единственное описание, которое мне удалось получить, это то, что он был крупным. Твой отец любил бегать по трусцой?
— Что? — сказала Эбигейл, снова нахмурившись. — Ты думаешь, что он притворился, будто собирается в Бирмингем, приказал Шери утопить Дайю, а потом отправился на пробежку по пляжу, чтобы проверить, что она там делает?
— Нет, — сказал Страйк, улыбаясь, — но мне интересно, упоминала ли Шери или кто-нибудь другой на ферме о присутствии бегуна на пляже, когда Дайю исчезла.
Эбигейл на мгновение нахмурилась, жуя свою жвачку, а затем сказала:
— Почему ты продолжаешь это делать?
— Что делать?
— Говорить, что Дайю “исчезла”, а не “утонула”.
— Ее тело так и не нашли, не так ли? — сказал Страйк.
