— Не уверен, что Кэрри достаточно умна, чтобы додуматься до этого, — сказал Страйк.
Оба сидели минуту, ели и следили за ходом своих мыслей, пока Страйк не сказал:"
"— Ты не видела никаких свиных масок, когда была там, не так ли?
— Нет.
— Хмм, — сказал Страйк. — Может быть, они им надоели, когда они открыли для себя достоинства коробки. А может быть, то, что запечатлено на этих полароидах, было тайной даже от большинства людей в церкви. Кто-то наслаждался своим фетишем наедине с собой, прекрасно понимая, что это не может иметь никакого духовного толкования.
— И у этого человека были полномочия заставить подростков делать то, что им говорят, и молчать об этом потом.
— Свиньи, похоже, были особым увлечением Мазу. Представляешь себе, что Мазу велит подросткам раздеваться и издеваться друг над другом?
Робин обдумала вопрос и медленно произнесла,
— Если бы ты спросил меня до того, как я туда пришла, может ли женщина заставить детей делать это, я бы сказала, что это невозможно, но она не нормальная. Я думаю, что это настоящая садистка.
— А Джонатан Уэйс?
Робин показалось, что руки Уэйса снова коснулись ее, когда Страйк произнес его имя. По ее телу снова побежали мурашки.
— Я не знаю. Возможно.
Страйк достал свой телефон и снова вывел на экран фотографии полароидов. Робин, которой показалось, что она уже достаточно на них насмотрелась, повернулась и посмотрела в окно на кладбище.
— Что ж, мы знаем одну вещь о Роуз, если это ее настоящее имя, — сказал Страйк, глядя на пухлую девушку с длинными черными волосами.
— Она недолго пробыла на ферме Чепменов, прежде чем это случилось. Она слишком хорошо питается. Все остальные очень худые. Могу поклясться, — сказал Страйк, переведя взгляд на юношу с татуировкой в виде черепа, — что этот парень был Рини. Его реакция, когда я показал ему… о, черт. Подожди. Джо.
Робин снова оглянулась.
— Генри Уортингтон-Филдс, — сказал Страйк, — рассказал мне, что человек по имени Джо завербовал его в церковь в гей-баре.
— О…
— Так что если это действительно Джо, то “Роуз” выглядит гораздо более правдоподобно в качестве имени темноволосой девушки.
Конечно, — задумчиво произнес Страйк, — есть один человек, которому стоит опасаться этих фотографий больше, чем всем, кто на них изображен.
— Да, — сказала Робин. — Фотограф.
— Именно. Судьи не очень-то жалуют людей, которые фотографируют изнасилование других людей.
— Фотограф и злоумышленник должны были быть одним и тем же, не так ли?
— Интересно, — сказал Страйк.
