Он знал, что она была не только крайне манипулятивной, но и безрассудной — иногда до саморазрушения — в погоне за желаемым.
— Мне очень жаль это слышать, — сказал он формально.
Она смотрела на него, медленно краснея.
— Ты думаешь, что я лгу, не так ли?
— Нет, — сказал Страйк. — Это было бы чертовски подло — врать.
— Да, — сказал Шарлотта, — это было бы так. Ты собираешься спросить меня, какой именно, или как…?
— Я думал, ты собираешься мне рассказать, — сказал Страйк.
— Грудь, — сказала она.
— Понятно, — сказал Страйк. — Ну… Надеюсь, ты в порядке.
Слезы наполнили ее глаза. Он сотни раз видел, как она плачет — от горя, конечно, но и от ярости, и от того, что ей мешают, — и его это не трогало.
— Это все, что ты можешь сказать?
— Что еще я могу сказать? — сказал он. — Я надеюсь, что с тобой все в порядке. Не только ради детей, но и ради всего остального.
— И это… это все? — прошептала Шарлотта.
Когда-то она могла бы начать кричать, не обращая внимания на присутствие свидетелей, но теперь, когда он не был связан с ней, она понимала, что такая тактика неразумна.
"
"— Шарлотта, — сказал он тихим голосом, наклонившись к ней, чтобы убедиться, что его не подслушивают, — я не знаю, каким образом я могу тебе это объяснить. Между нами все кончено. Я желаю тебе добра, но мы закончили. Если у тебя рак…
— Значит, ты считаешь, что я лгу?
— Позволь мне закончить. Если у тебя рак, ты должна сосредоточиться на своем здоровье и своих близких.
— Моих близких, — повторила она. — Понятно.
Она откинулась на спинку кожаной скамьи и вытерла глаза тыльной стороной ладони. За ней наблюдали несколько мужчин у бара. Возможно, Шарлотта тоже почувствовала, что у нее есть зрители, потому что теперь она закрыла лицо руками и начала всхлипывать.
Ради всего святого.
— Когда тебе поставили диагноз? — спросил он, чтобы она перестала плакать.
Она сразу же подняла голову, вытирая свои сверкающие глаза.
— На прошлой неделе. В пятницу.
— Как?
— Во вторник я пошла на плановый осмотр, и… да, в пятницу мне позвонили и сказали, что что-то нашли.
— И они уже знают, что это рак?
— Да, — сказала она слишком быстро.
— Ну, как сказать… Надеюсь, с тобой все в порядке.
Он попытался встать, но она протянула руку через стол и крепко схватила его за запястье.
— Корм, пожалуйста, выслушай меня. Серьезно. Пожалуйста. Пожалуйста. Это жизнь и смерть.
