– Мне не нужны неприятности, я уже ухожу, – затравленно посмотрев на говорившего, дрогнувшим голосом ответил Юрий.
Да, он прошел через Океанию, преодолел многие свои страхи и не раз заглядывал смерти в глаза. Все это было. Но там он имел дело с океанским мраком и его обитателями. Здесь напротив него были люди. И, как оказалось, он избавился далеко не от всех своих страхов.
– И нам не нужны неприятности, – хмыкнув, согласно кивнул лидер. – Сейчас ты переведешь все бабло со своего счета на мой. И если его там окажется достаточно, мы проводим тебя до границы квартала.
Все ясно?
Последние слова он решил подкрепить затрещиной. Юрий и сам не понял, как это случилось. Рефлексы сработали раньше, чем он сумел что-либо осознать. Рука гопника напоролась на мгновенно выставленный блок. От произошедшего тот опешил, а сам Бессонов не на шутку испугался. Что это на него нашло?!
А в следующую секунду Юрия вдруг прострелила мысль, что теперь его будут бить. Может, и не на смерть, но уж точно серьезно и без намека на жалость.
К гадалке не ходи, после этого приключения ему понадобится регенерационная капсула.
Подтверждение не заставило себя долго ждать. Боковым зрением он уловил какое-то движение и, все так же мало что соображая, присел. Как результат, удар второго оппонента пришелся в стену. Сам же Юрий, выбросив руку, впечатал свой кулак в пах напавшего. Повел рукой в сторону, подцепил ногу следующего и, поднимаясь, дернул ее вверх и вправо. Противник тут же опрокинулся на спину, приложившись затылком о тротуар.
Еще не распрямившись до конца, Бессонов выбросил вперед левую руку и на подъеме врезал ребром ладони по горлу лидеру. Тот, захрипев, схватился за травмированную трахею и отвалился в сторону.
Все еще не осознавая до конца происходящее, Юрий атаковал следующего. Он хватал, тянул, бил, толкал, уворачивался и контратаковал. Причем все это происходило без участия разума – Юрий мысленно пребывал в прострации. Даже когда он остался на ногах один в окружении хрипящих, стонущих и матерящихся гопников, все равно не верил в то, что сам же это и сотворил.
В кого же он превратился всего лишь через месяц тренировок?!"
"Впрочем, долго задаваться этим вопросом он не стал. Никаких сомнений – как только уйдет потрясение, местная братва примется за него куда серьезней. А потому он поспешил ретироваться, причем в прямом смысле этого слова. Он побежал настолько быстро, насколько вообще был способен. Никогда раньше он не развивал такую скорость.
