Раштин, конечно, имеет отталкивающую внешность и грубые манеры, но жадностью, похоже, не страдает.
– Пойдем танцевать, – сразу же подступилась к нему полячка.
– Я не танцую.
– Ерунда. Все танцуют. Вопрос только в том, насколько они пьяны, – авторитетно заявила девушка, раскрасневшаяся от принятого алкоголя.
Кто бы спорил. Андрей прикинул и решил, что сегодня, пожалуй, не грех и выпить. Немного. Так, для поднятия настроения.
Ужин уже успел давно перевариться, а какие-то солоноватые орешки закуской не назвать, так что опрокинутое в рот спиртное подозрительного изумрудного цвета подействовало быстро.
Хм. И на вкус оказалось очень приятным. Никаких позывов занюхать, скривиться или иного негатива не возникло. Просто приятное тепло, прокатившееся по пищеводу и разлившееся в желудке.
Слегка захмелев, Андрей все же позволил Эве увлечь его на танцпол. Не сказать, что он был таким уж увальнем, но на фоне девушки смотрелся все же бледно. Однако, прекрасно отдавая себе в этом отчет, он не мог противостоять безудержному веселью подруги.
Да, признаться, и не хотел этого.
В какой-то момент он вдруг слетел с нарезки и, ухватив ее, потащил в сторону туалетной комнаты. Впрочем, потащил – это громко сказано. Скорее уж задал направление. Она и не думала сопротивляться или возражать. Тут их желания полностью совпадали.
Не сказать, что они в этом плане оказались оригинальными. Из трех кабинок две были заняты. Причем доносящиеся оттуда звуки однозначно свидетельствовали о том, что используются они не по назначению.
Отношение к сексу у ирианцев, конечно, легкое, но не настолько, чтобы этим можно было заниматься где заблагорассудится. Вот и выкручиваются разгоряченные пары.
Едва он запер дверь, как Эва сжала ладонями его виски, посмотрела в глаза и, хищно улыбнувшись, впилась в его губы. Признаться, его это слегка задело. В голове пронеслась мысль, что это он мужчина и инициатива должна исходить от него.
Впрочем, в следующее мгновение он уже и думать позабыл об этом. Возможно потому, что его руки скользнули под платье, подобрались к ягодицам и, с силой сжав их, оторвали девушку от пола.
Прижав ее к стене, он хотел было заняться своими брюками, но она опередила Андрея и, не отрываясь от его губ, управилась сама.
Ему оставалось только сдвинуть в сторону трусики и, толкнувшись, войти в нее. Его тут же обволокло влажным и бархатным теплом. По телу пробежалась волна возбуждения и истомы, голова слегка поплыла, и причина – вовсе не в выпитом алкоголе.
