Может, доехать до города, а там поискать рейсовый транспорт?
Аглая вдруг остановилась.
Может, Куницына права? Может, у нее крыша едет? Что за паника? Какие такие наезды местного египтянина? Действительно, подумаешь, пьяная русская девица что-то там несла в магазине? Что она, первая, что ли? И ничего, благополучно дальше отдыхали такие туристки!"
"На фоне бархатной темноты, тепла египетской ночи и доносящихся снизу, с территории отеля, музыки, смеха, веселья эта ее паника казалась полным бредом, паранойей! Что она придумала? Что такого узрела во взгляде хозяина магазина?
Аглая, ау! Ты чего?! Ну, хочешь ты уехать, так спокойно, без экстрима! Съездишь завтра на экскурсию, обратишься на ресепшен, чтобы билет поменяли на ближайший рейс, и лети себе домой!
Она вдруг взглянула на ситуацию с точки зрения Катьки.
Нет, ну на самом деле, это бредятина полная! Устойчивая шизофрения! Какому нормальному человеку придет в голову срочно улетать с отдыха, за который заплатил немалые деньги, с курорта, после того как кто-то там нахамил в магазине продавцу?! И что, господи боже мой?! Посмотрел на тебя кто-то не так?! Права Катька – Аглая, ты больная! Это что-то с психикой, не иначе!
В дверь затарабанили, и Глашка со страху аж подскочила на месте, напряглась!
– Стрельникова, открывай! – заорала за дверью Катька.
– Плохая девочка пришла!
Аглая открыла дверь. Пьяная в дупелину и веселая Катька ввалилась в номер, похихикивая и рассказывая, еле ворочая языком:
– Ты знаешь, как девки ржали, когда я это… им про твою, эту… ну про арест и полицию, – она икнула, плюхнулась на кровать, – тоже говорят… ик!.
. больная! Может, тебе это… к психиатру?
Осилив последнее трудное слово, Куницына завалилась на кровать и отрубилась в момент, через пару секунд начав похрапывать. Глаша стояла рядом, смотрела на нее и вдруг поняла, почувствовала со всей четкостью – беги, Аглая! Беги! Хрен с ним, сколько там такси стоит! И не имеет значения, ошиблась ты или нет, не надо ничего анализировать, подвергать сомнениям и логике, ты же чувствуешь опасность – значит, беги!
И вот в этот решающий момент в дверь постучали! Не очень громко, но довольно настойчиво!
Глашка испугалась так, как не пугалась никогда в жизни!
Сердце забарабанило, став огромным, перепуганным! Оно стучало везде – в животе, в груди, в горле, в кончиках пальцев! Она посмотрела на часы – начало второго ночи!
«Самое время!» – подумалось ей.
