Все, что я знал, и все, что было для меня важно, сейчас волнует меня так же, как жвачка на подошве. Знаю, что он видит. Я сдался. Ощущается немного хорошо.
Я захожу внутрь. Райли сидит на диване и пренебрежительно смотрит на меня. Ты сидишь рядом с ним со слезами на глазах.
Возьми себя в руки, Эмилия. Прекрати рыдать, нас ничего не объединяет.
— Ты вернулся, — говоришь ты, но я делаю вид, будто тебя не замечаю.
— Мисси, пойдем! — спускаюсь вниз. Все абсолютно сбиты с толку, их взгляды буравят мне спину. Они ожидают, что я сяду рядом и расскажу о моих приключениях.
Я купался в дерьме — вот и все приключение.
Здесь, внизу, все пахнет тобой, как будто ты жила здесь, пока меня не было. Раньше я бы разнес здесь все вдребезги, но сейчас мне все равно. Безразлично бросаю куртку на стол и ищу свой телефон. Мне придется все здесь переделать. Твой запах повсюду. Распахиваю окна и замечаю, что папа починил разбитое окно, после того, как я ушел. Уверен, это был мой отец, кто же еще? Затем наливаю Мисси воду и кормлю, и начинаю раздеваться, потому что хочу принять душ.
От меня воняет проститутками, кокаином, травой, алкоголем и всем, что я употреблял за последние недели. Чтобы вывести все это из моего организма, потребуется не меньше пяти лет. Ребята, с которыми я столкнулся — безжалостные ублюдки. Некоторые из них живут на улице, Эмилия. В действительно неблагополучных районах. И дрался я не только ради интереса на протяжении последних семи недель.
Сняв футболку, стою в одних джинсах в ванной и смотрю в зеркало на колотую рану на боку.
Воспаления нет, но все равно выглядит отвратительно. Люди на улице не дерутся честно, Эмилия. Ты можешь выжить только в том случае, если еще более безжалостен, чем они, и то, насколько безжалостным я стал, видно по моему телу. Появились новые шрамы, а синяки только начали исчезать. Ты думала, я был беспощаден раньше? Теперь я потерял всякую человечность.
— Мейсон! — я пугаюсь, когда слышу твой дрожащий голос позади. Не обязательно ко мне подкрадываться, Эмилия.
— Что? — вздохнув, спрашиваю я и поворачиваюсь к тебе.
Ты делаешь шаг назад, когда я смотрю на тебя. Потом медленно проходишься шокированным взглядом по моему телу, на котором появилось множество новых ранений, прежде чем посмотреть мне в глаза. Ты такая неуверенная, Эмилия, боязливая. Но в этом ничего нового. Ты мне надоела.
— Зачем ты пришла? Прощальный трах или что? — безразлично спрашиваю я. Ты отступаешь еще на шаг.