А знающихся со смертью прошу остаться, побеседуем.
Мы с Соколовским переглянулись — значит, побеседуем.
Болотников выпустил из-под запирающего заклятья остальных, а на нас с Соколовским взглянул пристально и сурово.
— Ну что, а теперь — что сам думаешь, говори.
Соколовский едва заметно усмехнулся.
— Так вот не придумал пока ничего. Даже полмысли не шевельнулось. Не припомню, чтобы где-то была описана такая смерть.
— Есть, кого спросить? Только, сам понимаешь, чтобы далеко не пошло, а то не сносить нам всем головы.
— Понимаю. Спрошу, у разумных и знающих. Вдруг и вправду что подскажут.
— Два дня тебе. Сегодня спросить, завтра пусть поищут и расскажут.
— Хорош мечтать, а ну как не расскажут? — видимо, Соколовский будет усмехаться даже там и тогда, где не останется просто больше ничего.
— Сам будешь думать тогда, — проворчал Болотников. — Сам понимаешь, если у меня тут незнамо кто сожрёт половину губернии, а я, понимаешь, ни сном, ни духом, то плохо придётся всем, кто у меня тут служит.
Сначала губернатор голову снимет, а потом и в министерстве — ну, там уже догрызут, что останется.
— Может быть, мне придётся метнуться дня на два-три самому, не теряй, — раздумчиво сказал Соколовский.
— У тебя теперь сотрудница есть, если что — она за тебя, — усмехнулся Болотников. — Как, справляется?
— Вполне, — кивнул Соколовский.
— Говорите, Ольга Дмитриевна. Что молчали, то похвально, нечего болтать с этими двумя.
А теперь слушаю вас. Как вам служба, что приметили, что удивило, что заставило задуматься?
— Хорошая служба, — кивнула я. — Посмотрела на две больницы, на тех, кто там что делает, и как. И немного другого тоже зацепила.
Я рассказала о больничных буднях и об истории с Петрухой из Иннокентьевского.
— Правду говорят — некромант везде нежить найдёт, — снова усмехнулся Болотников. — И что же, ушёл, и с концами?
— Михаил Севостьянович сам проверил вчера.
Ушёл. И собутыльнички его тоже ушли и у нас не задержались, а то ведь и ещё кто-нибудь с ними бы выпил, и с тем же исходом.
— Так хоть бывает, чтобы ушли и не вернулись? — не поверил Болотников.
— Бывает, — пожал плечами Соколовский. — Мы ж не знаем, кем они при жизни были. Увы, не повстречались, а то упокоили бы и их тоже.
— А вот скажите, Матвей Миронович, — начала я.
Оба уставились на меня.
— Слушаю, — кивнул Болотников.
