Между тем тот, кто собирал нектарник, тоже не оставался на месте и переходил к следующему кусту, как раз в тот момент, когда Джиму казалось, что он вот-вот сейчас увидит противника.
Обливаясь от волнения потом, Джим сделал еще несколько шагов и увидел человеческую руку. Она мелькнула среди кустов, потом исчезла, прихватив крупный бутон нектарника.
Уже не скрываясь, Джим, с автоматом наперевес, подошел ближе, и неожиданно из зарослей нектарника показалась девушка.
Это была стройная дикарка из племени марципанов.
В этом Джим не сомневался, других здесь просто не было. И потом, судя по легендам, которые то и дело повторялись в солдатской среде, именно так потрясающе выглядели все марципанские женщины.
Коротко подстриженные, подкрашенные желтой глиной волосы. Затейливый узор на лице, нанесенный той же глиной. Широко открытые любознательные глаза янтарного цвета.
Джим не мог оторвать от незнакомки восторженного взгляда, отмечая развернутые плечи, высокую грудь и полные бедра. Из одежды на девушке был только какой-то веничек из цветов, который держался на опоясывающем талию шнурке.
Да еще нитка бус из желтых и красных сушеных ягод.
Дикарка широко улыбнулась, демонстрируя белизну зубов, а затем протянула Джиму корзинку с бутонами нектарника и сказала:
– Пета ми!.. Бата?
– Я не понимаю, – покачал головой Джим, чувствуя смущение. В глубине души он знал, что это может оказаться провокацией мятежников, однако девушка выглядела настолько естественно, что заподозрить ее в двойной игре было невозможно.
К тому же считалось, что марципаны – союзники правительственных войск.
– Спасибо, – снова произнес Джим, поскольку девушка все так же протягивала ему корзинку и улыбалась. – Я здесь случайно, извините…
Он пытался вести себя скромнее, однако его взгляд помимо воли скользил по изгибам ее тела, и оторваться от этого зрелища было не так-то просто.
Поняв, что солдат не желает пробовать бутоны, девушка поставила корзинку на землю и, указав обеими руками на себя, произнесла:
– Буаня ми! Бата?
– Я не понимаю, – упрямо произнес Джим, впрочем, сознавая, что врет.
Все происходило именно так, как гласили солдатские легенды. Девушка предлагала себя, и сомневаться в этом не приходилось.
Сердце Джима стало бешено колотиться, а девушка, легко разобравшись в его состоянии, подошла совсем близко и дотронулась ладонью до его разгоряченного лица. Затем сняла с него кепи и, взъерошив взмокшие волосы, засмеялась.
– Буаня ми.
