Самый простой выход: купить электрический чайник и плитку, чтобы можно было готовить себе самому и питаться в своем временном жилище. К своему большому удивлению, невдалеке от правления отец Василий увидел вывеску «Кафе». Это уже решало кое-какие проблемы, по крайней мере, где обедать.
Но дойти до кафе священнику удалось не скоро. По дороге ему встречались сельчане. Все здоровались, уважительно на него смотрели, часто останавливали и просили благословения. Но больше всего посыпалось вопросов по службе. Очень пригодился отцу Василию новенький ежедневник, который он купил для деловых записей еще перед отъездом в Усть-Кудеяре.
Он выслушивал просьбы, записывал фамилии, адреса, советовал, что нужно приготовить для выполнения той или иной просьбы. Хорошо, что у многих дома имелись освященные церковные свечи, у кого-то и святая вода нашлась. На сегодняшний вечер священник записал два визита к больным и на утро два освящения жилища. День он оставлял себе на строительные дела, решив не оставлять работы без неусыпного контроля.
Отца Василия немного беспокоило то, что у него в строительных делах не было опыта большого. Разве что затянувшийся в свое время процесс достройки собственного дома в предыдущем приходе."
"Как ни странно, но двести метров со всеми встречами и беседами он шел ровно три часа. Спина начинала немного ныть, а ступни ног гореть. Для обеда было немного рановато, но лучше сделать это сейчас, решил отец Василий, а то потом может не быть времени. И он направился к кафе. Около двери красовалась вывеска «ИП Косачев В.
И.». Ниже листок бумаги, на котором от руки было написано объявление, что с 15.00 кафе закрыто на банкет. Что ж, и здесь жизнь идет. Священник мысленно поблагодарил этого Косачева, что сподобился на открытие кафе в селе, и вошел в прохладное помещение.
Кафе было небольшим, всего на восемь столиков, зато в углу стояло пианино, а перед входом имелась и раковина с краном для мытья рук. Несколько вешалок-стоек делали заведение почти городским, тем более что стены были обшиты гипсокартоном и покрашены водоэмульсионной краской светлых приятных тонов.
Занято было два столика, в основном молодежью, по виду шоферами. Они с любопытством обернулись на священника. Отец Василий вежливо поздоровался и уселся за свободный столик. Пока подбежавшая официантка смущенно записывала заказ, краснея от того, что меню не слишком обширное, ко входу подъехала какая-то машина, и двое мужиков стали таскать на кухню алюминиевые емкости и сетки с овощами.
