Незнакомец обернулся и произнес:
– Рандир, – а потом скрылся из виду.
Улыбка сползла с моих губ.
Я застыла на месте, обливаясь холодным потом.
Рандир? Моего нового знакомого зовут так же, как наследного принца?
Ох, надеюсь, это случайное совпадение! И я не налетела из-за угла на монаршую особу!
***
В аудиторию я вошла последней. И даже не заметила возмущенный взгляд тара Дрохевайна, которым тот одарил меня. Моя голова была занята недавним столкновением. Там крутилась одна единственная, весьма пугающая мысль: а если это и в самом деле был принц? Ой, что будет…
В памяти пролетали картинки из исторических фильмов, одна страшнее другой.
Кажется, даже косой взгляд в сторону царствующей семьи – уже повод для казни. А я того беднягу хорошо приложила. Пусть Рандир и виду не подал, но я-то помню, как он при столкновении согнулся и охнул. А потом все время прижимал к груди правую кисть. Так и ушел, держась за больное место…
– Лейва Инна! – прозвучал суровый окрик учителя, заставив меня вынырнуть из раздумий.
– Может, поделитесь с нами, над чем вы так тяжко вздыхаете?
Я с некоторым недоумением поняла, что урок в самом разгаре. И что ифриссы хихикают, повернувшись в мою сторону.
– Ну же, не стесняйтесь, – поторопил учитель несвойственным ему язвительным тоном. Видимо, его допекла моя невнимательность. – Наверняка это что-то серьезное! Серьезнее, чем протокол приема иностранных послов, который мы сейчас изучаем.
А ведь точно! Тар Дрохевайн – знаток этикета. Он наверняка знает, что меня теперь ждет.
Уже не задумываясь о последствиях, я честно призналась:
– Думаю, можно ли расценивать случайное столкновение с наследным принцем как покушение на его жизнь? И что за это бывает…
Глаза учителя изумленно расширились:
– Лейва Инна! Любое прикосновение к царствующей особе – уже преступление! Если только эта особа сама не позволила прикоснуться к себе.
– И что за это бывает?
– Эм-м… дайте-ка подумать, – он задумался, почесывая гладкий подбородок.
Как я уже выяснила, маги боролись с растительностью на лице радикальными методами.
Уничтожали на корню. Среди людей гладкая кожа считалась признаком благородного происхождения.
– Все зависит от того, к какому сословию принадлежит обвиняемый, – снова заговорил тар Дрохевайн. – Если суд докажет, что столкновение было случайным, и обвиняемый не имел злого умысла, то ему назначат пятьдесят плетей в качестве наказания. Казнь должна проводиться публично, если обвиняемый – человек низкого сословия.
