В темное время суток меньше возможности попасться на глаза нежелательным свидетелям, а неторопливый шаг избавлял от опасности переломать ноги лошадям.
Отряд шел заранее намеченным и разведанным маршрутом, путая следы в каменистых осыпях, соленых озерах и зыбучих песках. Днем разведчики проходили по маршруту вперед, оставляя за собой вешки, по которым ночью двигался основной отряд.
Ровные, тщательно ошкуренные ветки втыкались в землю каждые двадцать шагов. Это здорово замедляло продвижение отряда, но позволяло ветеранам уверенно перемещаться в полной темноте.
Вешки забирались с собой и использовались снова.
С рассветом, отряд останавливался на отдых. В землю вбивали четыре кола, на которых растягивали полотно. В тень от импровизированного шатра укладывали носилки с Ал-Тором. Ветераны быстро разводили костер, варили похлебку и, поев и расставив караулы, укладывались спать.
Только Такеши не позволял себе ни минуты отдыха, находясь у тела юноши в бессменном карауле.
Даже видавшие виды ветераны растерянно крутили головами и пытались заставить его отдохнуть. В один прекрасный день Такеши, не выдержав уговоров, просто послал всех доброхотов так, что те пооткрывали от удивления рты.
Топ-Гар в этот момент как раз пытался объяснить Юко все сложности погрузки на лошадь такого большого парня, находящегося в бессознательном состоянии, когда из под полотнища раздался такой откровенный посыл, что сотник замолк на полуслове. Юко звонко расхохоталась, глядя на растерянное лицо сотника и желая смягчить резкую отповедь жениха, сказала:
– Не беспокойтесь за него, сотник.
Он не свалится в обморок, и истощение ему не грозит. Он умеет спать на ходу, с открытыми глазами. Ну, во время перехода и когда все спят. Только чтобы проснуться, ему не нужен громкий звук, достаточно просто легкого шороха. Он телохранитель императора. Один из самых лучших, – с нескрываемой гордостью добавила девушка и направилась к шатру, оставив сотника растерянно хлопать глазами, переваривая услышанное.
Каждый привал все ветераны настороженно наблюдали, как огромный барс принимался вылизывать виски юноши. Каждый из них непроизвольно тянулся к оружию, но Юко и Такеши зорко следили, чтобы никто не смел мешать зверю делать свое дело.
Иногда Гурхан исчезал из поля зрения на несколько колоколов, но обязательно возвращался обратно, находя отряд по каким-то только ему понятным следам.
