Самая старшая сестра придумала это правило, заявила тогда она, но над ней все лишь посмеялись… Ведь где она, а где старшая сестра, которая ведёт орден? По итогу девушку общими усилиями отлучили от копья, и она ушла… А копьё… Копьё выбрало новую владетельницу. Её ребёнка, — бабушка улыбнулась. — Валькирии были в ярости. Нет, не так, в бешенстве. Они преследовали юную деву, желая убить ребёнка, чтобы выбрать другую валькирию, ведь копьё раньше никогда не выбирало хозяйку таким образом, по наследству. Но так ли это? — бабушка посмотрела Ольге в глаза.
— Я не знаю… — тихо ответила Ольга.
— В итоге мнение валькирий разделилось. Одни считали, что ребёнка надо убить, а другие, что он должен жить. И началась война… — старушка с грустью обвела взглядом все настенные фрески. — Победила сторона старшей валькирии… Которая желала смерти девочки. Но после этого валькирии… уже не были валькириями. Они перестали быть девами света и войнами правды. Убив сестёр… своими действиями они прокляли сами себя и свои копья, а также и все те копья, валькирии которых пали.
В итоге копьём без проклятья осталось лишь одно, то, которое выбрало ещё не рождённую девочку, потому что она не проливала кровь сестёр. Её мать знала, что на валькирий за предательство друг друга легло проклятье и возложила на свою дочь тяжкую ношу — избавить их от проклятья.
— Избавить? Но как? — спросила Ольга.
— Убить, — улыбнулась её бабушка. — Валькирии перестали быть светом этого мира. Там, где были они — открывались разломы и не только.
Копья, наполненные злобой и ненавистью прошлых владельцев, желали лишь одного — убивать. Убивать всех до единого, а особенно — своих сестёр. Через копья всем новым владельцам передавалась вражда прошлых поколений. Единственной светлой валькирией осталась дочь той самой несчастной влюблённой.
— Но как же проклятье? — удивилась Ольга. — Если её мать возложила на неё эту задачу, значит и она тоже должна была пострадать от проклятья!
— Нет, — ответила её бабушка. — Она смогла избежать этой участи, потому что на ней была праведная миссия.
""
* * *— Не понимаю, к чему это ты, — спокойно произнёс я и положил руки на перила, смотря всё также вверх, на яркую жёлтую «звезду».
Ольга ничего не ответила, смотря на меня сверху вниз.
— Как ты? — спросил я, чтобы молчание не затягивалось.
Она всё также молчала. Я вздохнул и покачал головой.
— А ведь прошло не так много времени, тигрёнок, — покачала и она головой."
"— Согласен, — кивнул я.
