Кстати, твой зверь оказался хитер – вместо того чтобы сделать это сразу, он предпочел дождаться полнолуния. В час наивысшей силы, когда человеку и без того сложно себя контролировать, волк разломал клетку и встал против тебя один на один. Уже без цепей, без ошейника, без ненавистных ему стальных прутьев. Глаза в глаза. Просто чтобы понять: стоишь ли ты того, чтобы тебе подчиняться."
"Роара от беды уберегли их общая с волком боль и тот факт, что мальчик изначально не больно-то был настроен воевать. Его зверь принял это, простил, помог.
Но ты, лохматый… у тебя на это не хватило гибкости. Как и раньше, ты не сумел вовремя остановиться, наладить диалог и просто поговорить там, где можно было обойтись без боя. Вместо этого ты попытался вернуть своего волка в клетку. Бросил ему вызов. И, судя по тому, что я вижу, этот бой почти проиграл.
Впрочем, даже сейчас я не могла не любоваться бесшумно скалящимся зверем.
Высокий, могучий, свирепый, в лунном свете его густая шуба отливала благородным серебром. Вздыбленная на загривке шерсть придавала ему еще более угрожающий вид.
Острые клыки внушали благоговейный трепет. Впившиеся в доски когти могли разорвать даже меня. Но я все равно им любовалась. Воплощенная сила. Никем еще не покоренная мощь. Разве можно таким не восхищаться?!
– Ты прекрасен, – тихо призналась я, осторожно подойдя к зверю вплотную. – Такой неуправляемый, только сейчас познавший, что такое свобода…
Волк прижал уши к голове, и по комнате снова пронесся предупреждающий рык.
– Нет, – покачала головой я, когда моего лица коснулось горячее дыхание.
– Я не собираюсь загонять тебя обратно. Напротив. Вот теперь, когда ты настоящий, ты начинаешь мне нравиться. Именно таким: безудержным и не думающим о каких-то там рамках. Иди ко мне, мой хороший.
Волк шумно раздул ноздри и, как только я подняла руку, в мгновение ока сомкнул зубы на моем предплечье.
Я только улыбнулась:
– Хочешь поранить? Но разве тебе станет от этого легче?
– Р-р-р, – глухо проворчал зверь, однако клыки все-таки не сжал.
А когда я наклонилась и потерлась щекой о его морду, растерянно замер.
– Хороший, – прошептала я, заглянув в хищные желтые глаза. – Можно, я тебя поглажу?
Волк выпустил мою руку и озадаченно дернул ушами. А пока он думал, я уже зарылась пальцами в его густую шерсть, снова потерлась щекой о жутковатую морду. Замурлыкала, заурчала. А когда вконец растерявшийся зверь с шумным вздохом сел, ласково чмокнула большой черный нос и тихо рассмеялась.
