— Тали!? Тали! — Услышав её голос, я сразу же бросилась по лестнице в комнату, упав на колени рядом со скамейкой, на которой мы устроили ей подобие постели.
— Всё в порядке! Ты в безопасности, мы дома, — я крепко обняла её, чувствуя, как она дрожит и как взволнованно бьётся её сердце. Она прижала меня с неожиданной силой, и я дала ей время осознать, что всё позади.
И даже выплакаться, если она захочет.
— Что случилось? Тали… я помню телегу. Я была уверена, что… это конец. Как? Я боялась… что ты останешься одна.
"
"Речь подруги была сбивчивой, она бормотала что-то, не осознавая, где находится, как здесь оказалась и сколько времени прошло. В ее глазах блестели слезы и паника.
— Тише, тише, — я немного отстранилась, чтобы она могла видеть меня. — Я всё объясню, но сначала тебе нужно помыться. Мы обустроили небольшую купальню в старом доме. И поесть — ты очень сильно похудела, хоть я и поила тебя бульоном.
Яра действительно выглядела измождённой и набросилась на еду так, словно это был её первый и последний приём пищи.
Я помогала ей, благодаря Первородную за то, что Яра была здорова, — приносила еду, а потом помогала мыться, передавая чистую одежду, мыло, льняное полотенце, и одновременно рассказывала всё, что могла, не касаясь лечения.
Воду нагревал и приносил Кири, который теперь приходил работать в Синюю Трясину каждый день.
Я рассказала Яре, что не знаю, кто пытался отравить её или меня, но подозреваю, что это могла быть любовница моего мужа.
Мы должны быть осторожнее с незнакомцами.
А Яра…
Она не задавала вопросов о том, как я её вылечила. Как не спрашивала и о том, откуда у меня серебряные пластины или деньги на лошадь.
Или знания.
Она просто смотрела на меня с благодарностью.
За то, что жива.
— Ты выглядишь по-другому, Тали.
— Что ты имеешь в виду? — Я напряглась. Многие говорили, что мой голос стал чуть ниже, словно я наконец повзрослела, и голос «сломался».
— Не уверена… у тебя лицо похудело, скулы стали заметнее. Брови и ресницы, они стали темнее, а были почти белыми. Даже волосы...
Я нахмурилась, провела рукой по волосам, но не заметила никакой разницы — они всё так же почти доходили до плеч, разной длины, остриженные слугами отца перед тем, как меня официально ввели в семью.
— Наверное, дело в хорошем питании, — отмахнулась я. — Ты просто давно меня не видела. Пойдём, покажу тебе стройку.
