По сути, ещё ребёнок.
Из его воспоминаний я понял, что в Калейдоскоп он вступил совсем недавно. И не от хорошей жизни. Бесцветный подобрал его на улице и пообещал возможность неплохо заработать в будущем.
Пацану большего и не требовалось! Слишком уж хотелось кушать, да и перспектива стать наёмником его не смущала.
Но его тренировки только начались, и ни одного задания он выполнить ещё не успел. Так что, по большому счёту, убивать его было не за что…
Я быстро принял решение.
— Кыш, нужно ещё раз постараться и как следует поработать с его памятью…
Мой питомец вздохнул, но спорить не стал.
Кажется, понял мой план и внутренне с ним согласился.
Я попросил Лидию отойти в сторону. Я ей, конечно, доверяю, но видеть Кыша ей ещё рано.
Она удивилась, но послушалась.
В воздухе материализовалась голова Кыша. Работы было много, но у него уже появился определённый опыт, так что он справился быстрее, чем обычно.
— Что происходит? — Пацан удивлённо заморгал.
— Ничего особенного.
Просто ты, малолетний обалдуй, нарушил правила вождения и врезался в мою машину. — Я ухмыльнулся.
Память у него была как чистый лист. Все воспоминания о Калейдоскопе были стёрты.
Так что говорить я мог что угодно!"
"— Да? У меня была машина? — Пацан удивлённо почесал затылок, а потом вдруг побледнел и поклонился. — Ваше Благородие, прошу прощения! Поверьте, я не хотел! Пожалуйста, не извольте гневаться!
— Не буду. Но только при условии, что больше никогда тебя не увижу!
— Даже не сомневайтесь, Ваше Благородие!
Пацан и в самом деле бросился прочь.
Да так, что пятки сверкают!
А ведь он даже не подозревает, что мы с Кышем вложили в его голову множество интересных установок.
Он теперь не сможет приблизиться ни ко мне, ни к кому-либо из моих близких. Просто физически не сумеет это сделать!
А ещё у него появится отвращение к любой незаконной деятельности. Воровать, убивать — всё это теперь не для него.
Придётся ему искать другой способ заработать быстрые и лёгкие деньги…
— Максим, ты… удивительный! — Лидия смотрела на меня восхищённым взглядом.
— Нет, я знала, что ты сильный… Но что добрый — это для меня неожиданность!
— А, вот так, значит! — Я усмехнулся. — Неужели я произвожу на тебя впечатление бессердечного монстра?
— Ну почему сразу бессердечного? — Лидия замялась. Красноречием она блистала только в юридических спорах. В обычной жизни она часто сомневалась и не знала, что сказать.
