— И вы всерьез верите во все то, что Беспалый вам наговорил? — спросил Тарантул.
Старик мелко и неприятно захохотал. Такое впечатление, что заухала какая-то ночная птица. Чем-то неуловимым он и в самом деле напоминал сыча. Огромные, запавшие темные глаза смотрели внимательно и зорко.
— В моем возрасте нетрудно оставаться скептиком. Много пожил, много успел повидать. Но Беспалому, ему верю! Вы мне можете, например, сказать, какого цвета порыв ветра? — серьезно посмотрел на Варяга старик.
Владислав невольно улыбнулся. Дедуля был немного странным, но не похоже, чтобы он выжил из ума.
— Наверное, прозрачного, — решил законный подыграть старику.
— А вот и нет! Порыв ветра фиолетового цвета, — тем же серьезным тоном отвечал старик. — Никогда бы не поверил в это, если бы однажды не увидел сам. Но для этого нужно тренироваться. Всему этому нас учил князь Петр Михайлович Голицын. Мне известно, что по его методике позже учились в школах МГБ. Вот тогда были асы! Потом все повымерли как мамонты!.
. А сейчас чему учат контрразведчиков? Бегать да стрелять. — Махнув безнадежно рукой, он продолжил: — Это каждый школьник умеет делать. А у волкодава нюх должен быть, какой был у старых разведчиков, чтобы за версту врага чуять. А еще и челюсти крепкие должен иметь, чтобы схватить его зубами и держать до тех самых пор, пока он дух не испустит. Вот так!
— А позже вам приходилось встречаться с Беспалым? — спросил Варяг, слегка подвинувшись.
"
"Разговаривать, глядя снизу вверх, было крайне неудобно. Владислав слегка распрямился, принял более удобное положение. На столе, среди газет, он заметил конверт из плотной желтой бумаги. Значит, старик не был одинок, как хотел представиться. Пишут дедульке, не забывают. Интересно, от кого же письмо? Как бы невзначай Варяг придвинулся, пытаясь прочитать обратный адрес. Но локоть старика неожиданно лег на конверт, прикрыв написанное. Старик продолжал смотреть перед собой тем же беспристрастным взором, но Варяг был уверен, что конверт он прикрыл не случайно.
— Года четыре назад встретились мы с ним в одном клубе. Там нас чествовали как ветеранов. Беспалый-то гоголем держался, — в голосе Дюжева прозвучала нешуточная злость, — как будто бы он всю жизнь в органах служил! А ведь как был блатным, так блатным и остался!
Варяг вытащил из кармана самодельную зажигалку — затейливая и аккуратная вещь.
